САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-15556/2023

УИД: 78RS0006-01-2023-000655-52

Судья: Лебедева А.С.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего

Барминой Е.А.

судей

ФИО1

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании 14 сентября 2023 г. гражданское дело № 2-2494/2023 по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 24 марта 2023 г. по иску ФИО4 к СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» о признании приказа недействительным, признании пункта к дополнительному соглашению к трудовому договору недействительным, признании уведомления недействительным, обязании восстановить право на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав представителя истца - Хрипун А.А., представителя ответчика - ФИО5, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88», в котором просила признать недействительным приказ главного врача от 28 октября 2022 г. № 303-0 «Об утверждении перечня должностей работников, работающих во вредных и (или) опасных условиях труда, имеющих право на дополнительный отпуск по результатам специальной оценки условий труда» в части установления с 1 января 2023 г. дополнительного оплачиваемого отпуска продолжительностью 7 дней фельдшеру скорой медицинской помощи отделения скорой медицинской помощи; признать недействительным пункт 2 дополнительного соглашения от 23 ноября 2022 г. к трудовому договору от 28 августа 2003 г., заключенному между сторонами, в части установления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за вредные условия труда продолжительностью 7 календарных дней; обязать ответчика восстановить с 1 января 2023 г. право ФИО4 на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за вредные условия труда продолжительностью 14 календарных дней; признать недействительным уведомление от 9 января 2023 г. в отношении ФИО4 об изменении условий трудового договора от 28 августа 2003 г.; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что истец работает в учреждении ответчика с 29 августа 2003 г. в должности фельдшера скорой помощи. Заключенным трудовым договором установлен дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 14 дней. Оспариваемым приказом с 1 января 2023 г. истцу был установлен дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 дней. Также истцу было предложено подписать дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому работнику предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за вредные условия труда продолжительностью 7 календарных дней, 3 календарных дня дополнительного отпуска за непрерывный стаж работы свыше трех лет в данной должности. Впоследствии, 11 января 2023 г., работодателем было вручено уведомление от 9 января 2023 г. об изменении условий трудового договора в соответствии со ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации (об уменьшении дополнительного отпуска за вредные условия труда с 14 до 7 календарных дней) с предупреждением о прекращении трудового договора с истцом 9 марта 2023 г. в случае ее несогласия продолжать работу в новых условиях либо отказе от иной работы, которая может быть предложена истцу. ФИО4 указывала, что такие решения и действия ответчика, направленные на уменьшение предоставляемого дополнительного отпуска за вредные условия труда, являются незаконными, в связи с чем, полагая свои трудовые права нарушенными, обратилась в суд с настоящим иском.

Решением Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 24 марта 2023 г. в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 ставит вопрос об отмене решения суда ввиду его незаконности и необоснованности, принятии по делу нового решения об удовлетворении иска, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неправильное установление обстоятельств, имеющих значение для дела.

Истец ФИО4 на рассмотрение дела в суд апелляционной инстанции не явилась, о времени и месте проведения судебного заседания извещена надлежащим образом по правилам ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, путем получения судебного извещения посредством почтовой связи, ходатайств об отложении слушания дела и документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представила, в судебном заседании присутствует представитель истца – Хрипун А.А., в связи с чем, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения были допущены судом первой инстанции при рассмотрении дела.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, 28 августа 2003 г. ФИО4 заключила трудовой договор с СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88», согласно которому работает в указанном учреждении с 29 августа 2003 г. в должности фельдшера скорой помощи по настоящее время.

Пунктом 4.2 раздела 4 трудового договора истцу был установлен дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 14 дней.

28 октября 2022 г. главным врачом СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» издан приказ № 303-0 «Об утверждении перечня должностей работников, работающих во вредных и (или) опасных условиях труда, имеющих право на дополнительный отпуск по результатам специальной оценки условий труда».

Согласно Приложению № 1 к данному приказу фельдшеру скорой медицинской помощи отделения скорой медицинской помощи с 1 января 2023 г. установлен дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 дней.

24 декабря 2022 г. работодателем было предложено истцу подписать дополнительное соглашение от 23 ноября 2022 г. к трудовому договору от 28 августа 2003, пунктом 2 которого пункт 4.2 раздела 4 трудового договора изменен и изложен в следующей редакции: «Работнику предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за вредные условия труда продолжительностью 7 календарных дней, 3 календарных дня дополнительного отпуска за непрерывный стаж работы свыше трех лет в данной должности». На данном дополнительном соглашении истец сделала отметку, что ознакомлена с ним и не согласна с пунктом 2 (о сокращении отпуска за вредные условия труда).

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, указав, что в связи с внесением в статью 117 Трудового кодекса Российской Федерации изменений, связывающих возможность предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных и (или) опасных условиях труда с результатами специальной оценки условий труда, положения Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 г. № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» противоречат результатам специальной оценки условий труда, в которых осуществляет трудовую деятельность истец. Оснований для сохранения определенных сторонами условий трудового договора, заключенного с истцом, в части продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных условиях труда судом первой инстанции не установлено.

Судебная коллегия не может в полной мере согласиться с данными выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), а также право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41). Данные конституционные положения конкретизируются в федеральных законах, в том числе в Трудовом кодексе Российской Федерации.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, согласно ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, - равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу ч. 1 ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации (запрещение дискриминации в сфере труда) каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 8 Трудового кодекса Российской Федерации, нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 указанного Кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения.

Из анализа вышеуказанных правовых норм следует, что условия трудового договора определяются сторонами по собственному усмотрению, при этом данные условия не должны противоречит нормам действующего трудового законодательства и ухудшать положения работника по сравнению с установленным трудовым законодательством. Изменение условий заключенного между сторонами трудового договора возможно только на основании взаимного соглашения сторон трудовых правоотношений либо в случаях прямо предусмотренных нормами действующего законодательства.

На момент принятия истца на работу в ГУЗ «Городская поликлиника № 88» (в настоящее время - СПб ГБУЗ Городская поликлиника № 88») и установления в трудовом договоре от 28 августа 2003 г. условия о предоставлении истцу дополнительного оплачиваемого отпуска в количестве 14 дней, положениями ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации было предусмотрено, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда: на подземных горных работах и открытых горных работах в разрезах и карьерах, в зонах радиоактивного заражения, на других работах, связанных с неустранимым неблагоприятным воздействием на здоровье человека вредных физических, химических, биологических и иных факторов.

Перечни производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а также минимальная продолжительность этого отпуска и условия его предоставления утверждаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (в редакции Трудового кодекса Российской Федерации, вступившей в силу с 1 февраля 2002 г.).

Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2013 г. № 135-О установлено, что поскольку Правительством Российской Федерации соответствующее правовое регулирование определено не было, в силу части второй статьи 423 Трудового кодекса Российской Федерации продолжал применяться Список производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, а также Инструкция о порядке применения указанного Списка (утверждена постановлением Госкомтруда СССР и Президиума ВЦСПС от 21 ноября 1975 г. № 273/П-20). При этом основанием предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска являлось выполнение ими работы по профессии или должности, которая предусмотрена в соответствующих разделах Списка, относящихся к определенным производствам и цехам.

Федеральным законом от 30 июня 2006 г. № 90-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации была изложена в новой редакции, которая отражает изменение законодательного подхода к регулированию порядка предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, - отказ от централизованного утверждения перечней производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с вредными и (или) опасными условиями труда.

Часть первая статьи 117 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 30 июня 2006 г. № 90-ФЗ, как следует из ее содержания, закрепляет само право указанной категории работников на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в качестве компенсации неблагоприятного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса, т.е. представляет собой одну из гарантий обеспечения конституционных прав работников на безопасные условия труда, отдых и охрану здоровья.

Что же касается части второй данной статьи, то она - как и в ранее действовавшей редакции - носит отсылочный характер, однако предполагает установление в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений лишь минимальной продолжительности ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также условий его предоставления. Содержащаяся в ней норма подлежит применению во взаимосвязи с принятым в ее развитие Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 г. № 870, пункт 1 которого предусматривает в качестве компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест сокращенную продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю в соответствии со статьей 92 Трудового кодекса Российской Федерации, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск - не менее 7 календарных дней и повышение оплаты труда - не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

По смыслу данного нормативного положения, основанием для предоставления компенсаций за работу во вредных и (или) опасных условиях труда является результат оценки условий труда работника, осуществленной в ходе аттестации рабочих мест по условиям труда, которая проводится в соответствии с Порядком проведения аттестации рабочих мест по условиям труда (утвержден приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 26 апреля 2011 г. № 342н), в качестве вредных и (или) опасных.

Такое правовое регулирование, предполагающее установление компенсаций на основании оценки объективно существующих условий труда на каждом рабочем месте, а не в зависимости от сугубо формального критерия - включения или не включения наименования соответствующей работы, профессии или должности в перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с вредными и (или) опасными условиями труда, - также выступает гарантией обеспечения конституционных прав работников на безопасные условия труда, отдых и охрану здоровья и согласуется с целями трудового законодательства (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 г. № 870 Министерству здравоохранения и социального развития Российской Федерации предписывалось установить - в зависимости от класса условий труда и с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений - работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, сокращенную продолжительность рабочего времени, минимальную продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и минимальный размер повышения оплаты труда, а также условия предоставления указанных компенсаций (пункт 2).

До настоящего времени соответствующий нормативный правовой акт не издан, что, однако, не освобождает работодателей от обязанности по предоставлению названных компенсаций, в том числе ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, а именно с частью первой его статьи 92, статьей 117, частью первой статьи 146 и статьей 147, а также с пунктом 1 постановления Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 г. № 870 всем работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, включая тех, чьи профессии, должности или выполняемая работа не предусмотрены Списком производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, но работа которых в условиях воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса подтверждается результатами аттестации рабочих мест по условиям труда.

Из этого же исходит и Верховный Суд Российской Федерации, который в решении от 14 января 2013 г. № АКПИ12-1570 указал, что действующее законодательство Российской Федерации признает основанием для предоставления компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, конкретные условия труда, определяемые по результатам аттестации рабочих мест, а не включение профессии, должности в какой-либо список или перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации; следовательно, при установлении по результатам аттестации рабочих мест по условиям труда 3 класса любой степени вредности работник независимо от того, поименована или нет его профессия, должность в Списке, имеет право на соответствующие компенсации в размерах не ниже установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 г. № 870.

Таким образом, указанный в статье 117 Трудового кодекса Российской Федерации и пункте 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 г. № 870 ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью не менее 7 календарных дней должен предоставляться всем работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, включая тех, чьи профессии, должности или выполняемая работа не предусмотрены Списком производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день, но работа которых в условиях воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса подтверждается результатами аттестации рабочих мест по условиям труда.

Приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации носит общеобязательный характер и не может быть преодолена в правоприменительной практике (статья 6 и часть вторая статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»). Этим не затрагивается правомочие федерального законодателя ввести дополнительное правовое регулирование, направленное на установление унифицированных гарантий обеспечения конституционного права работников, занятых во вредных и (или) опасных условиях труда, на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск.

Федеральными законами от 28 декабря 2013 г. № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» и от 28 декабря 2013 г. № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда», вступившими в законную силу 1 января 2014 г., установлены правовые и организационные основы и порядок проведения специальной оценки условий труда, определены правовое положение, права, обязанности и ответственность участников специальной оценки условий труда, а также внесены изменения в Трудовой кодекс Российской Федерации, определяющие размеры, порядок и условия предоставления гарантий и компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

На основании ст. 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 421-ФЗ, статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации изложена в следующей редакции:

«Статья 117. Ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска конкретного работника устанавливается трудовым договором на основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективного договора с учетом результатов специальной оценки условий труда.

На основании отраслевого (межотраслевого) соглашения и коллективных договоров, а также письменного согласия работника, оформленного путем заключения отдельного соглашения к трудовому договору, часть ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, которая превышает минимальную продолжительность данного отпуска, установленную частью второй настоящей статьи, может быть заменена отдельно устанавливаемой денежной компенсацией в порядке, в размерах и на условиях, которые установлены отраслевым (межотраслевым) соглашением и коллективными договорами».

Вышеуказанные изменения трудового законодательства, произошедшие с момента заключения между сторонами трудового договора от 28 августа 2003 г. не были надлежащим образом применены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Судом первой инстанции не учтено, что согласно п. 3 ст. 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 421-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О специальной оценке условий труда», при реализации в соответствии с положениями Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции указанного Федерального закона) в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу указанного Федерального закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Из материалов дела усматривается, что 14 декабря 2015 г. СПб ГБУЗ Городская поликлиника № 88» составлена карта № 139 СОУТ в отношении должности фельдшера скорой медицинской помощи и по данной должности установлен итоговый класс (подкласс) условий труда - 3.2.

21 декабря 2020 г. составлена карта № 135А СОУТ в отношении должности фельдшера скорой медицинской помощи и по данной должности установлен итоговый класс (подкласс) условий труда - 3.3. В рекомендациях по улучшению условий труда указано, что для уменьшения вредного воздействия фактора производственной среды необходимо увеличить время регламентированных перерывов, сохранить за работником право на льготы и компенсации (Снижение воздействия вредного фактора на организм человека).

В данном случае, судебная коллегия полагает обоснованными доводы истца о том, что исходя из результатов проведения СОУТ, условия труда фельдшера скорой медицинской помощи, не улучшились по сравнению с ранее установленными условиями труда, по сравнению с ранее проведенной в 2015 г. СОУТ, более того, условия труда в 2020 г. по занимаемой истцом должности ухудшились, исходя из установленного подкласса (3.3 - в 2020 г., 3.2 - в 2015 г.), в связи с чем, у работодателя отсутствовали законные основания для снижения компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на здоровье работников вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса в виде ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска.

Исходя из изложенного, с учетом прямого указания п. 3 ст. 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 421-ФЗ и положений Трудового кодекса Российской Федерации о недопущении ухудшения положения работника по сравнению с установленным нормами трудового законодательства, принимая во внимание, что условия труда истца на рабочем месте не улучшились, а напротив ухудшились, доказательств обратного ответчиком не представлено, судебная коллегия приходит к выводу, что работодатель не имел права в одностороннем порядке уменьшать гарантии и компенсации, определенные заключенным между сторонами 28 августа 2003 г. трудовым договором.

Доводы ответчика, выраженные в ходе рассмотрения дела, о том, что из содержания п. 4.2. трудового договора от 28 августа 2003 г. не представляется возможным установить, что трудовым договором было согласовано предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 дней именно за вредные условия труда, отклоняются судебной коллегией, поскольку каких-либо пояснений относительно того, что данный дополнительный оплачиваемый отпуск был предоставлен по иным основаниям, ответчиком не приведено. В ходе рассмотрения дела стороны не оспаривали, что до 1 января 2023 г. истцу предоставлялся дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 14 дней именно за работу во вредных условиях. Кроме того, последующие действия работодателя в части издания оспариваемого приказа от 28 октября 2022 г. № 303-О об изменении продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, работающим во вредных условиях, вручение истцу уведомления об изменении условий трудового договора и предоставление истцу на подпись дополнительного соглашения об изменении продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска, напрямую свидетельствуют о том, что в рамках существующих между сторонами трудовых правоотношений работник и работодатель обоснованно расценивали условия п. 4.2. трудового договора от 28 августа 2003 г. как согласование продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска за вредные условия труда.

Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании незаконным приказа от 28 октября 2022 г. № 303-О в части и восстановлении права на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск с вынесением в данной части нового решения о признании незаконным Перечня должностей работников СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88», работающих во вредных условиях, имеющих право на дополнительный отпуск по результатам СОУТ, утвержденный приказом СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» от 28 октября 2022 г. № 303-О, Приложение № 1, в части установления с 1 января 2023 г. фельдшеру скорой неотложной помощи Отделения скорой медицинской помощи дополнительного отпуска продолжительностью 7 календарных дней, признанием за истцом с 1 января 2023 г. права на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с работой во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных дней.

При этом, оспариваемый истцом приказ от 28 октября 2022 г. № 303-О подлежит признанию именно незаконным, поскольку признание распорядительных актов работодателя недействительными нормами действующего трудового законодательства не предусмотрено. Указанный приказ подлежит признанию незаконным только в части установлению истцу сокращенной продолжительности дополнительного оплачиваемого отпуска, поскольку обстоятельства изменения продолжительности отпусков в отношении иных работников СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» предметом рассмотрения настоящего гражданского дела не являлись.

Вместе с тем, оснований для удовлетворения исковых требований о признании недействительным пункта 2 дополнительного соглашения от 23 ноября 2022 г. к трудовому договору от 28 августа 2003 г. в части установления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за вредные условия труда продолжительностью 7 календарных дней, судебная коллегия не усматривает, поскольку такое соглашение о внесении изменений сторонами не заключалось, согласно объяснениям представителя истца, данное соглашение ФИО4 не подписывалось, ответчиком данные обстоятельства не опровергнуты, в связи с чем, оснований полагать, что данное соглашение было заключено не имеется. Сам по себе факт составления работодателем проекта дополнительного соглашения, при условии, что содержание данного дополнительного соглашения не согласовано с работником, который отказался его подписать, не свидетельствует о заключении дополнительного соглашения.

В судебном заседании апелляционной инстанции 14 сентября 2023 г. судебной коллегией обозревался оригинал уведомления от 9 января 2023 г. в отношении ФИО4 об изменении условий трудового договора от 28 августа 2003 г., согласно которому, истец согласилась на продолжение работы в новых условиях и на основании которого увольнение ФИО4 не состоялось, в связи с чем, оснований для признания недействительным указанного уведомления также не имеется. При этом, судебная коллегия отмечает, что само по себе наличие уведомление об изменении условий трудового договора, при отсутствии факта заключения дополнительного соглашения, на трудовые права истца не влияет, и признание незаконным такого уведомления, которое по сути представляет собой доведение до работника определенной информации от работодателя, не может быть направлено на восстановление нарушенных трудовых прав.

Отказ в удовлетворении вышеуказанных требований трудовых прав истца не нарушает также потому, что нарушенное право ФИО4 подлежит восстановлению путем признания незаконным приказа от 28 октября 2022 г. № 303-О в части и восстановления у истца права на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 14 календарных дней.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Фактически причинение морального вреда презюмируется при нарушении трудовых прав работника и наличии вины работодателя в этом. Сам факт причинения морального вреда работнику при нарушении его трудовых прав предполагается и доказыванию не подлежит.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, принимая во внимание существо допущенных ответчиком нарушений, повлекших незаконное лишение истца права на компенсационные меры в виде дополнительного оплачиваемого отпуска установленной трудовым договором продолжительности, принимая во внимание отсутствие доказательств наступления для истца крайне негативных последствий, учитывая также, что с учетом даты вынесения настоящего апелляционного определения, ФИО4 имеет возможность воспользоваться дополнительным отпуском в 2023 г., а также того, что часть нарушений трудовых прав истца не нашла своего подтверждения при рассмотрении дела, судебная коллегия считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., полагая, что указанная сумма будет способствовать сохранению баланса между восстановлением нарушенных прав истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Общие правила распределения судебных расходов между сторонами установлены в ст.ст. 98-103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе в ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении № 382-О-О от 17 июля 2007 г., обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 11-13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Как указывает Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 20 октября 2015 г. № 27-П, при определении необходимости возмещения некоторых видов издержек, связанных с рассмотрением дела, и их объема суду предоставлены значительные дискреционные полномочия.

Согласно квитанции № 056676 от 23 января 2023 г. адвокатом Хрипун А.А. от ФИО4 получены денежные средства в размере 30 000 руб. за подготовку искового заявления и представление интересов в суде первой инстанции.

С учетом того, что истец не обладает необходимыми юридическими познаниями, обращение ее за юридической помощью для участия в рассмотрении дела, составлении необходимых процессуальных документов, является обоснованным.

В данном случае, судебная коллегия полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в заявленном истцом размере 30 000 руб., поскольку указанная сумма, по мнению судебной коллегии, соответствует категории спора и уровню его сложности, исходя из сформулированных истцом требований и указанных ей обстоятельств возникновения спора, длительности рассмотрения дела, объема представленных доказательств и оказанной юридической помощи, является разумной, справедливой и подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца.

Судебная коллегия также учитывает, что на требования неимущественного характера положения гражданского процессуального законодательства о пропорциональном взыскании судебных расходов не распространяются.

Кроме того, в силу вышеуказанных разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд не вправе уменьшать размер заявленных судебных расходов произвольно, а доказательства чрезмерности таких расходов должен был представить именно ответчик.

При этом, ответчик каких-либо доказательств чрезмерности взыскиваемых расходов, сведений о возможности получения аналогичной правовой помощи за меньшую плату в суд не представлял.

Судебная коллегия также отмечает, что при необходимости получения юридической помощи, истец не должна была заниматься поисками исполнителя, оказывающего такую помощь по минимальной цене, в целях возможной минимизации дальнейших расходов ответчика. В данном случае понесенные истцом расходы обусловлены нарушением его прав со стороны ответчика, и подлежат снижению только при наличии достоверных и допустимых доказательств их чрезмерности.

Заявленная истцом ко взысканию сумма судебных расходов не является явно неразумной и чрезмерно завышенной, не противоречит, в том числе, Положению о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2012 г. № 1240, а также Закону Санкт-Петербурга от 11 октября 2012 г. № 474-80 «О бесплатной юридической помощи в Санкт-Петербурге».

Таким образом, судебная коллегия, учитывая обстоятельства дела, в том числе, сложность спора, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, необходимости обеспечения справедливого баланса интересов каждой из сторон, полагает необходимым определить размер расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

При таких обстоятельствах, обжалуемое решение суда подлежит отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании незаконным приказа от 28 октября 2022 г. № 303-О в части, о восстановлении права на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов с вынесением в данной части нового решения. В остальной части, оснований для отмены или изменения решения суда судебной коллегией по доводам апелляционной жалобы не установлено.

Согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 600 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 24 марта 2023 г., - отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО4 о признании незаконным приказа от 28 октября 2022 г. № 303-О в части, о восстановлении права на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

Признать незаконным Перечень должностей работников СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88», работающих во вредных условиях, имеющих право на дополнительный отпуск по результатам СОУТ, утвержденный приказом СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» от 28 октября 2022 г. № 303-О, Приложение № 1, в части установления с 1 января 2023 г. фельдшеру скорой неотложной помощи Отделения скорой медицинской помощи дополнительного отпуска продолжительностью 7 календарных дней.

Признать за ФИО4 с 1 января 2023 г. право на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с работой во вредных условиях труда продолжительностью 14 календарных дней.

Взыскать с СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей 00 коп.

Взыскать с СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 88» государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в размере 600 (шестьсот) рублей 00 коп.

В остальной части решение Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 24 марта 2023 г., - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4, - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: