РЕШЕНИЕ
(резолютивная часть)
Именем Российской Федерации
15 июня 2022 г. г. Самара
Ленинский районный суд г. Самары в составе председательствующего судьи Болочагина В.Ю., при секретаре Милаховой С.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2000/22 по иску ФИО1 к ГУ «Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Самарской области» об обязании назначить пенсию по старости,
Руководствуясь ст.ст.194, 196-198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования удовлетворить частично.
Обязать ГУ «Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Самарской области» включить в специальный стаж работы, связанный с осуществлением деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности, периоды работы ФИО1 в Муниципальном бюджетном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница» (Муниципальном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница») с 16.06.1997 г. по 31.10.1999 г., с 12.04.2004 г. по 12.05.2004 г., со 2.10.2008 г. по 29.10.2008 г., с 7.10.2013 г. по 1.11.2013 г., с 8.10.2018 г. по 2.11.2018 г.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Самарского областного суда через Ленинский районный суд г. Самары в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Судья В.Ю. Болочагин
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 июня 2022 г. г. Самара
Ленинский районный суд г. Самары в составе председательствующего судьи Болочагина В.Ю., при секретаре Милаховой С.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2000/22 по иску ФИО1 к ГУ «Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Самарской области» об обязании назначить пенсию по старости,
установил:
ФИО1 обратилась в Ленинский районный суд г. Самары с иском к ГУ «Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Самарской области» об обязании назначить пенсию по старости. В обоснование иска указывает, что она обратилась с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением деятельности по охране здоровья в сельской местности (пп.20 п.1 ст.30 ФЗ «О страховых пенсиях». Решением от 8.11.2021 г. №548904/21 ей было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности по причине отсутствия требуемого специального стажа – 25 лет. В специальный стаж был засчитан 21 год 2 месяца 14 дней работы в сельской местности. Считает, что неправомерно не были включены в специальный стаж периоды работы с 16.06.1997 г. по 27.09.2000 г. (3 года 3 месяца 12 дней) в должности диетической сестры диетической молочной кухни в Шенталинской ЦРБ, с 17.10.2000 г. по 25.09.2001 г. (11 месяцев 19 дней), с 28.09.2001 г. по 24.01.2002 г. (3 месяца 27 дней), с 26.01.2002 г. по 27.01.2002 г. (2 дня), с 29.01.2002 г. по 13.02.2003 г. (1 год 15 дней), с 15.02.2003 г. по 27.08.2003 г. (6 месяцев 13 дней) в должности медицинской сестры по медобеспечению в аптеке Шенталинской ЦРБ (должность не поименована), периоды работы в должности фельдшера здравпункта, общей продолжительностью 2 месяца 19 дней, в течение которых она направлялась на курсы повышения квалификации: с 12.04.2004 г. по 12.05.2004 г. (1 месяц 1 день), со 2.10.2008 г. по 29.10.2008 г. (28дней), с 7.10.2013 г. по 1.11.2013 г. (25 дней), с 8.10.2018 г. по 2.11.2018 г. (25 дней), период с 1.01.2021 г. по 31.08.2021 г. в должности фельдшера кабинета медицинской помощи обучающимся. Согласно должностной инструкции медицинской сестры по медицинскому обеспечению в аптеке на неё возлагались обязанности не только по работе с лекарственными средствами, но и работа с больными (проведение необходимых манипуляций в случае угрозы жизни пациента, оказание медицинской помощи). Периоды работы в должности фельдшера здравпункта общей продолжительностью 2 месяца 19 дней, в течение которых она направлялась на курсы повышении квалификации не включены в специальный страховой стаж по причине того, что были обозначены работодателем как «командировка». Период нахождения на курсах повышения квалификации является периодом работы с сохранением средней заработной платы. Просит включить в специальный трудовой стаж периоды работы с 16.06.1997 г. по 27.09.2000 г. в должности диетической сестры диетической молочной кухни в Шенталинской ЦРБ, с 17.10.2000 г. по 25.09.2001 г., с 28.09.2001 г. по 24.01.2002 г., с 26.01.2002 г. по 27.01.2002 г., с 29.01.2002 г. по 13.02.2003 г., с 15.02.2003 г. по 27.08.2003 г. в должности медицинской сестры по медобеспечению в аптеке Шенталинской ЦРБ, периоды работы в должности фельдшера здравпункта с 12.04.2004 г. по 12.05.2004 г., со 2.10.2008 г. по 29.10.2008 г., с 7.10.2013 г. по 1.11.2013 г., с 8.10.2018 г. по 2.11.2018 г., период работы с 1.01.2021 г. по 31.08.2021 г. в должности фельдшера кабинета медицинской помощи обучающимся, обязать назначить страховую пенсию по старости с 31.08.2021 г.
В ходе разбирательства дела истица исключила требование включить в специальный трудовой стаж период работы с 1.01.2021 г. по 31.08.2021 г. в должности фельдшера кабинета медицинской помощи обучающимся.
В судебном заседании истица и её представитель по ордеру от 28.04.2022 г. №070303 ФИО2 заявленные требования поддержали.
Представитель ответчика по доверенности от 1.10.2021 г. ФИО3 в судебном заседании иск не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д. 64-66).
В судебном заседании объявлялся перерыв до 17 часов 45 минут 15.06.2022 г.
Исследовав материалы дела, заслушав стороны, суд приходит к следующему.
Как усматривается из материалов дела, 26.08.2021 г. истица обратилась в не установленное судом учреждение Пенсионного фонда Российской Федерации с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости как лицу, работающему в сфере здравоохранения в сельской местности.
Решением ответчика от 8.11.2021 г. №548904/21 в назначении досрочной трудовой пенсии истице было отказано в связи с недостаточностью специального стажа работы в сфере здравоохранения в сельской местности (л.д. 9-12).
Таким образом, между сторонами имеется спор о праве истицы на назначение досрочной страховой пенсии.
Согласно п.1 ст.8 ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 60 лет.
Истица родилась ДД.ММ.ГГГГ г., соответственно, ни на день подачи заявления, ни на день рассмотрения дела не достигла возраста, необходимого для назначения страховой пенсии по старости.
В соответствии с пп.20 п.1 ст.30 ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения указанного выше возраста осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и посёлках городского типа.
Идентичные правила содержались в пп.20 п.1 ст.27 ранее действовавшего ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» и в ст.81 ранее действовавшего Закона РФ «О государственных пенсиях в РФ», положения которых могут применяться по отношению к истице, если они устанавливают более благоприятное для неё регулирование по сравнению с нормами действующего законодательства.
Полномочия по утверждению списков соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости, правил исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии делегированы законодателем Правительству РФ (п.2 ст.30 ФЗ «О страховых пенсиях»).
На протяжении спорных периодов работы указанные правила изменялись правительством трижды.
В период с 1.01.1992 г. по 31.10.1999 г. действовало постановление Совета министров РСФСР от 6.09.1991 г. №464, которым был утверждён список профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения даёт право на пенсию за выслугу лет.
В период с 1.11.1999 г. по 12.11.2002 г. действовало постановление Правительства РФ от 22.09.1999 г. №1066, которым был утверждён список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения.
С 13.11.2002 г. действует постановление Правительства РФ от 29.10.2002 г. №781, которым утверждён список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения.
1) В период с 16.06.1997 г. по 27.09.2000 г. истица работала в Муниципальном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница» в должности диетической сестры молочной кухни, что подтверждается трудовой книжкой (л.д. 15-17), справкой работодателя (л.д. 18-19) и ответом учреждения на запрос суда (л.д. 84-85). При этом в документах работодателя должность поименована как диетическая сестра диетической молочной кухни.
Отказывая в зачёте данного периода работы в специальный страховой стаж, ответчик сослался на то, что должность диетической сестры диетической молочной кухни указанными выше списками не предусмотрена.
Однако по вопросу о том, распространяется ли предусмотренная пп.20 п.1 ст.30 ФЗ «О страховых пенсиях» льгота на лиц, работавших в названной должности, существует сложившаяся правовая позиция судов общей юрисдикции, неоднократно выраженная в судебных актах по конкретным делам.
Номенклатурой должностей медицинского и фармацевтического персонала и специалистов с высшим профессиональным образованием в учреждениях здравоохранения, утверждённой приказом Министерства здравоохранения РФ от 15.10.1999 г. №377, предусмотрена самостоятельная должность медицинской сестры диетической, не тождественная должности медицинской сестры и отнесённая к среднему медицинскому персоналу.
В список профессий и должностей работников здравоохранения, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения даёт право на пенсию за выслугу лет, утверждённый постановлением Совета министров РСФСР от 6.09.1991 г. №464, был включён средний медицинский персонал лечебно-профилактических и санитарно-эпидемиологических учреждений независимо от наименования должности (п.1).
Следовательно, истица имела право на зачёт периода работы в должности диетической сестры (диетической) молочной кухни в период до 31.10.1999 г. (т.е. в период действия указанного нормативного документа).
Однако список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утверждённый постановлением Правительства РФ от 22.09.1999 г. №1066 и введённый в действие с 1.11.1999 г., был построен по иным принципам, а именно путём поименования должностей, дающих право на пенсионную льготу. Должность диетической медицинской сестры в этом списке отсутствует.
Соответственно, оснований для зачёта в специальный страховой стаж периода работы истицы в этой должности после 1.11.1999 г. не имеется.
Ссылка истицы на постановление Конституционного суда РФ от 29.01.2004 г. №2-П нерелевантна. В данном акте указывается на недопустимость такого изменения регулирования отношений по пенсионному обеспечению, которое влечёт лишение работника уже возникших пенсионных прав или их умаление. Однако Конституционный суд РФ не признавал недопустимым изменение правового регулирования, влекущее ухудшение условий получения пенсионного обеспечения на будущее время.
С введением в действие постановления Правительства РФ от 22.09.1999 г. №1066 истица утратила право на приобретение пенсионной льготы на последующий период работы, но ранее выработанный ею специальный страховой стаж не аннулировался. Данный нормативный правовой акт был опубликован 1.10.1999 г., за 1 месяц до его введения в действие, соответственно, истица заранее была осведомлена о предстоящем ухудшении условий приобретения права на пенсию и имела возможность принять решение об изменении места или характера работы.
2) В период с 17.10.2000 г. по 27.08.2003 г. истица работала в Муниципальном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница» в должности медицинской сестры по медобеспечению, что подтверждается трудовой книжкой (л.д. 15-17), справкой работодателя (л.д. 18-19) и ответом учреждения на запрос суда (л.д. 84-85). При этом в документах работодателя должность поименована как медицинская сестра медобеспечения в аптеке.
Отказывая в зачёте данного периода работы в специальный страховой стаж, ответчик сослался на то, что должность медицинской сестры медобеспечения в аптеке указанными выше списками не предусмотрена.
Действительно, как в списке должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утверждённом постановлением Правительства РФ от 22.09.1999 г. №1066, так и в списке должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, утверждённом постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 г. №781, должность медицинской сестры медобеспечения в аптеке отсутствует.
Отнесение данной должности к среднему медицинскому персоналу не имеет правового значения с 1.11.1999 г.
Доводы истицы о том, что согласно должностной инструкции в этот период на неё возлагалась не только работа с лекарственными средствами, но и работа с больными, не свидетельствуют о необоснованности отказа во включении этого периода в специальный страховой стаж. Во-первых, в обоих указанных выше нормативных актах работа с больными как критерий включения должности в соответствующий список не используется. При этом в списки включены отдельные должности, не предполагающие вообще работу с больными (например, должность медицинского дезинфектора). Во-вторых, согласно должностной инструкции истицы (л.д. 37-38) работа с больными для неё заключалась в оценке состояния обратившегося к ней больного и проведении всех доступных ей по её квалификации мероприятий при угрозе его жизни. Однако оказание экстренной медицинской помощи является обязанностью любого медицинского работника.
Соответственно, период работы истицы в должности медицинской сестры медобеспечения в аптеке правомерно не включён ответчиком в льготный страховой стаж.
3) В период с 28.08.2003 г. по 8.01.2020 г. истица работала в Муниципальном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница» (с 9.12.2011 г. Муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница») в должности фельдшера здравпункта, что подтверждается трудовой книжкой (л.д. 15-17), справкой работодателя (л.д. 18-19) и ответом учреждения на запрос суда (л.д. 84-85). При этом в трудовой книжке должность поименована как фельдшера здравпункта «школьный».
Ответчик включил указанный период в льготный страховой стаж, вырезав из него отрезки с 12.04.2004 г. по 12.05.2004 г., со 2.10.2008 г. по 29.10.2008 г., с 7.10.2013 г. по 1.11.2013 г., с 8.10.2018 г. по 2.11.2018 г. по причине нахождения истицы в промежутках между этими датами в командировках.
В соответствии с действующими и в настоящее время Правилами исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст.27 и 28 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», утверждёнными постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 г. №516, периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.
Между тем, из указанной нормы непосредственно не следует, что в специальный страховой стаж не засчитываются любые периоды времени, когда работнику не начислялась заработная плата, а выплачивался средний заработок.
В ходе разбирательства дела судом было установлено, что командировки истицы были связаны с прохождением курсов повышения квалификации (л.д. 39-55).
Правовая позиция судов общей юрисдикции, неоднократно выраженная в судебных актах по конкретным делам, заключается в том, что периоды обучения работника на курсах повышения квалификации должны засчитываться во все вилы льготного страхового стажа.
Соответственно, в этой части заявленные требования следует удовлетворить.
Таким образом, в специальный страховой стаж истицы следует дополнительно зачесть период с 16.06.1997 г. по 31.10.1999 г. (2 года 4 месяца 16 дней) и периоды с 12.04.2004 г. по 12.05.2004 г. (1 месяц 1 день), со 2.10.2008 г. по 29.10.2008 г. (28 дней), с 7.10.2013 г. по 1.11.2013 г. (26 дней), с 8.10.2018 г. по 2.11.2018 г. (26 дней). По расчётам ответчика специальный страховой стаж истицы составил 21 год 2 месяца 14 дней. После добавления указанных периодов стаж составит 23 года 10 месяцев 21 день, что меньше требуемой для назначения досрочной страховой пенсии по старости величины в 25 лет.
Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст.194, 196-198 ГПК РФ, суд
решил:
Исковые требования удовлетворить частично.
Обязать ГУ «Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Самарской области» включить в специальный стаж работы, связанный с осуществлением деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности, периоды работы ФИО1 в Муниципальном бюджетном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница» (Муниципальном учреждении здравоохранения «Шенталинская центральная районная больница») с 16.06.1997 г. по 31.10.1999 г., с 12.04.2004 г. по 12.05.2004 г., со 2.10.2008 г. по 29.10.2008 г., с 7.10.2013 г. по 1.11.2013 г., с 8.10.2018 г. по 2.11.2018 г.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Самарского областного суда через Ленинский районный суд г. Самары в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 19.06.2022 г.
Судья (подпись) В.Ю. Болочагин
Копия верна
Судья
Секретарь