Решение по делу № 2-11/2023 от 24.03.2023 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ввиду оказания услуг по лечению ненадлежащего качества.

УИД 50RS0042-01-2022-001335-86

№ 2-11/2023 (2-1659/2022)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24.03.2023 года г. Сергиев Посад

Московской области

Сергиево-Посадский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Соболевой О.О.,

с участием прокурора Седовой Т.А.,

при секретаре Бундан А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску сметанин к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Московский областной онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ввиду оказания услуг по лечению ненадлежащего качества,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ МО «МООД» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ввиду ненадлежащего лечения.

Требования мотивировал тем, что в 2018 году ответчиком проведено оперативное лечение истца, в результате которого ему удален мочевой пузырь. По мнению истца, лечение оказано неправильно, показаний к удалению жизненно важного органа не имелось, диагноз ответчиком поставлен неверно. В результате лечения истцу причинен тяжелый вред здоровью – утрачен жизненно важный орган. По изложенным основаниям просил взыскать с ГБУЗ МО «МООД» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей (т.1 л.д.4).

В заседание истец явился, на удовлетворении иска настаивал.

Представители ответчика ГБУЗ МО «МООД» по доверенности ФИО2, ФИО3 против удовлетворения иска возражали, сославшись на то, что истцу ФИО1 в 2016 году по месту жительства в ГБУЗ МО «Сергиево-Посадская РБ» диагностирован рак мочевого пузыря 1 ст., где ему выдано направление в ФГКУ филиал № 4 ГВКГ им.Бурденко. В указанном учреждении ФИО1 находился на лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ему проведено лечение и рекомендовано дальнейшее наблюдение. Повторно истец явился в госпиталь им.Бурденко в 2017 году, где после дообследования ему предписали госпитализацию, на которую он не явился, а обратился в декабре 2017 года в ГБУЗ МО «МООД». По итогам проведенного обследования консилиум врачей определил дальнейшим лечением оперативное вмешательство и назначил истцу госпитализацию на ДД.ММ.ГГГГ, на которую ФИО1 также не явился, а прибыл ДД.ММ.ГГГГ, повторно обследовался, в ходе чего у него диагностировали ОРВИ, в связи с чем он был выписан для лечения у терапевта по месту жительства с последующей явкой в МООД для проведения специализированного лечения. В дальнейшем ФИО1 явился в ГБУЗ МО «МООД» только ДД.ММ.ГГГГ, ему проведен повторный консилиум заведующих отделениями, на котором решение о проведении радикальной цистпроствезикуэлоктомии с двусторонней уретерокутанеостомией. В планируемую дату госпитализации ДД.ММ.ГГГГ истец явился без данных обследования, необходимых для госпитализации, в связи с чем ему назначили очередную дату госпитализации ДД.ММ.ГГГГ с результатами обследования. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 госпитализирован в ГБУЗ МО «МООД» и после предоперационной подготовки ему ДД.ММ.ГГГГ выполнена операция. На все виды проведенного ответчиком обследования и лечения истцом дано письменное добровольное согласие. Само лечение проведено в соответствии со стандартами лечения Минздрава РФ. Полагали, что ФИО1 не представил доказательств в обоснование требований о противоправном характере поведения ответчика и причинно-следственной связи между действиями медперсонала и наступившими последствиями. Просили в иске отказать.

Третье лицо без самостоятельных требований – лечащий врач ГБУЗ МО «МООД» ФИО4 в заседание не явился, ранее перед судом поддержал возражения ответчика, подробно изложив суду историю наблюдения и лечения ФИО1

Заслушав стороны, исследовав письменные доказательства, в том числе, заключение проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из документов по медицинскому наблюдению ФИО1 следует, что он длительно наблюдался у уролога по поводу патологии предстательной железы. В ходе плановой госпитализации в филиал № 4 ФГКУ «ГВКГ им. Н.Н. Бурденко» Минобороны РФ (далее – ГВКГ). ДД.ММ.ГГГГ у него выявлена эритроцитурия, которая не интерпретирована, поскольку пациент выписан «по семейным обстоятельствам». В феврале 2016 года ФИО1 направлен на обследование. ДД.ММ.ГГГГ в ходе госпитализации в ГВКГ ему выполнена цистоскопия, обнаружены два мелковорсинчатых новообразования на широком основании до 5-8 мм, произведена щипковая биопсия. При микроскопии ДД.ММ.ГГГГ выявлены мелкие частицы уротелия без подлежащей основы, отмечено, что материала недостаточно для диагностики. ДД.ММ.ГГГГ в ГВКГ истцу произведена операция – трансуретральная электрорезекция (далее – ТУР) задней стенки и шейки мочевого пузыря по поводу рака мочевого пузыря pT1N0M0. Обнаружены участки патологических изменений слизистой. При госпитализации в ГВКГ ДД.ММ.ГГГГ произведена цистоскопия (ДД.ММ.ГГГГ). При выписке рекомендована цистоскопия через три месяца. Истец направлен в ГБУЗ МО «МООД» из поликлиники Сергиево-Посадской РБ ДД.ММ.ГГГГ. В ГБУЗ МО «МООД» ему произведено патогистологическое исследование препаратов, полученных в ходе ТУР от ДД.ММ.ГГГГ, – уротелиальная (инвазивная) карцинома с высоким потенциалом злокачественности. Пациент осмотрен дважды: ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, однако, каких-либо назначений, рекомендаций по лечению в записях не имеется. При госпитализации в ГВКГ ДД.ММ.ГГГГ проведена цистоскопия ДД.ММ.ГГГГ. При выписке рекомендовано наблюдение онколога, цистоскопия через шесть месяцев. ДД.ММ.ГГГГ при цистоскопии в ГВКГ в области верхушки мочевого пузыря, правой боковой стенке и левой боковой стенке обнаружены диффузные новообразования, произведена биопсия. Микроскопически ДД.ММ.ГГГГ у истца выявленнизкодифференцированный (инвазивный) уротелиальный рак с инвазией в подслизистый слой стенки. Магнитно-резонансная томография (МРТ) показала опухолевидные образования мочевого пузыря с признаками распространения процесса в мышечный слой и прилежащую паравезикальную клетчатку, регионарную лимфаденапатию. Диагностирован рак мочевого пузыря, рецидив опухоли. В этой связи впоследствии по результатам консилиума проведена операция по удалению мочевого пузыря.

Проведенная по делу судебно-медицинская экспертиза, назначенная определением от ДД.ММ.ГГГГ с последующими переназначениями и заменой экспертного учреждения определениями от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ (л.д.108-112, 122-126, 155-157) показала, что операция по удалению истцу мочевого пузыря проведена по медицинским показаниям, а потому степень тяжести вреда здоровью определению не подлежит, оснований утверждать, что данной операции удалось бы избежать, эксперты не усмотрели, сделав вывод, что согласно клиническим наблюдениям течения болезни удаление мочевого пузыря истцу избежать не удалось бы, избранный вид лечения в целом оказался позитивным методом для истца, поскольку позволил сохранить ему жизнь, причинно-следственная связь между отрицательными последствиями и действиями (бездействием) ответчика отсутствует (т.1 л.д.181-259).

Между тем, экспертами отмечен ряд дефектов лечения ФИО1 как у ответчика – ГБУЗ МО «МООД», так и в ГВКГ. Так, в июне 2016 года отмечен дефект диагностики: не назначены и не произведены цистоскопия, цитологическое исследование мочи; лечения – не назначены и не проведены химико- или БЦЖ-терапия; тактики: отсутствуют рекомендации по проведению цистоскопии, цитологическое исследование мочи. На стационарном этапе лечения ФИО1 в ГБУЗ МО «МООД» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в выписном эпикризе отсутствует указание на необходимость проведения хирургического лечения в кратчайшие сроки; на стационарном этапе лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлен дефект заполнения медицинской документации – обоснование проведения радикальной операции по удалению мочевого пузыря является формальным, отсутствует обоснование выбора метода деривации мочи.

На вопрос суда истец пояснил, что требований к ГВКГ, связанных с недостатками лечения, он предъявлять в настоящем споре не намерен.

Выводы экспертов сторонами в заседании надлежащими средствами доказывания не опровергнуты, экспертиза проведена в порядке статьи 84 ГПК РФ на основании определения суда, заключение соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, а потому принимается судом.

По общим правилам статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Основными принципами охраны здоровья согласно статье 4 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» являются:

1) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий;

2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи;

3) приоритет охраны здоровья детей;

4) социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья;

5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья;

6) доступность и качество медицинской помощи;

7) недопустимость отказа в оказании медицинской помощи;

8) приоритет профилактики в сфере охраны здоровья;

9) соблюдение врачебной тайны.

В соответствии со статьей 37 указанного Федерального закона медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Разрешая спор, с учетом выводов судебно-медицинской экспертизы суд приходит к выводу, что лечение с точки зрения способа оказанной истцу ответчиком медицинской помощи было верным, виновных действий (бездействия) медперсоналом ГБУЗ МО «МООД» при лечении ФИО1, находящихся в прямой причинно-следственной связи с наступившими для истца последствиями, не допущено.

Между тем, следует принимать во внимание то, что помимо законодательства в сфере здравоохранения, определяющего стратегию, тактику и методологию лечения, правоотношения сторон также регламентированы законодательством в области защиты прав потребителей, в частности, Законом РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее также ЗОЗП), который регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Статья 4 ЗОЗП устанавливает, что продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В силу статьи 3 ЗОЗП право потребителей на просвещение в области защиты прав потребителей обеспечивается посредством включения соответствующих требований в федеральные государственные образовательные стандарты и образовательные программы, а также посредством организации системы информации потребителей об их правах и о необходимых действиях по защите этих прав.

Пункт 11 части 1 статьи 79 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предписывает в качестве обязанности медицинской организации вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Судебным экспертным путем установлено, что качество оказанной ФИО1 ответчиком ГБУЗ МО «МООД» медицинской услуги не соответствовало установленным стандартам, поскольку имело дефекты ведения медицинской документации, влияющие, по мнению суда, на поведение истца при следовании медицинским рекомендациям. Как указано выше, экспертами отмечено, что на стационарном этапе лечения ФИО1 в ГБУЗ МО «МООД» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в выписном эпикризе отсутствует указание на необходимость проведения хирургического лечения в кратчайшие сроки; на стационарном этапе лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выявлен дефект заполнения медицинской документации – обоснование проведения радикальной операции по удалению мочевого пузыря является формальным, отсутствует обоснование выбора метода деривации мочи.

Согласно статье 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.

Так, статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

По правилам статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:

вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;

в иных случаях, предусмотренных законом.

Последний случай предусмотрен статьей 15 ЗОЗП, согласно которой моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

При этом, пункт 12 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ указывает на то, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В свою очередь, пункт 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» предписывает: при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Поскольку судом при разрешении настоящего дела установлен факт нарушения прав ФИО1 как потребителя оказываемых ГБУЗ МО «МООД» медицинских услуг в части надлежащего информирования путем правильного ведения медицинской документации, что повлияло на его поведение, связанное с лечением, оперативным реагированием на рекомендации врачей, а также принятие им результатов оказания медицинской помощи, суд полагает, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в денежной выражении.

Соответствующей степени причиненных истцу неудобств, связанных с принятием результатов лечения, суд находит сумму 50 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 56, 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования сметанин к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Московский областной онкологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ввиду оказания услуг по лечению ненадлежащего качества удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Московский областной онкологический диспансер» (<данные изъяты>) в пользу сметанин (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда в связи с дефектами в лечении 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении требований о взыскании 950 000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано участвующими в деле лицами в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления его в окончательной форме через Сергиево-Посадский городской суд Московской области.

Решение в окончательной форме изготовлено 29.03.2023 года.

Судья - О.О. Соболева