Актуально на:
19 октября 2019 г.

Решение Верховного суда: Определение N 81-АПУ16-28 от 18.11.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №81-АПУ 16-28

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 18 ноября 2016 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Боровикова В.П судей Шамова А.В., Фроловой Л.Г.,

с участием близкого родственника умершего подсудимого И Я адвоката Шевченко Е.М., прокурора Кечиной И.А. при секретаре Карпукове АО.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы близкого родственника умершего подсудимого И - Я законного представителя близкого родственника умершего подсудимого И - И адвоката Жарикова Е.В. в защиту интересов близких родственников умершего подсудимого И на постановление Кемеровского областного суда от 3 июня 2016 года, которым в отношении

И

несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.30 ч.З и 159 ч.З УК РФ, прекращено уголовное дело в связи с его смертью.

Постановлением определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Боровикова В.П., объяснения близкого родственника умершего подсудимого И - Я адвоката Шевченко Е.М. в защиту интересов близких родственников умершего подсудимого И поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора Кечиной И.А., полагавшей постановление оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

согласно постановлению Кемеровского областного суда от 3 июня 2016 года производство по уголовному делу в отношении И обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3 и 159 ч. 3 УК РФ прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.

В апелляционной жалобе адвокат Жариков Е.В. считает постановление суда незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона. Просит постановление отменить, вынести оправдательный приговор. Указывает, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании не установлено обстоятельство, имеющее существенное значение для квалификации действий И а именно: мог или не мог И используя свое служебное положение, оказать содействие Л в вынесении определенного решения по гражданскому делу Считает, что действия И которые были пресечены по независящим от него обстоятельствам в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия, не могут быть квалифицированны как покушение на мошенничество. Также в жалобе указывает на нарушение требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения (не указано - какое).

В апелляционной жалобе законный представитель близкого родственника умершего И - И выражает несогласие с постановлением просит его отменить, оправдать И в совершении преступления Указывает на допущенное судом существенное нарушение требований норм УПК РФ. Полагает неверным суждение суда о виновности И в совершении уголовно наказуемого деяния, выводы суда не основаны на фактических обстоятельствах уголовного дела и противоречат им. Указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих наличие у И корыстной цели и умысла на завладение деньгами Л Приводит доводы о том что Л не участвовал в гражданском деле по заявлению Фи не имел заинтересованности в исходе этого дела, переговоры Л и И не подтверждают введение И в заблуждение Л в целях хищения его денег. Считает, что суд необоснованно отверг ее и Л В. показания об отсутствии у И умысла на завладение денежных средств. Л В. отдал И деньги для передачи И

И также ссылается на то, что разговор И и Л о «недорогом решении», а также вынесение решения по гражданскому делу и передача И денег состоялись в разные месяцы. Слова о «недорогом решении» могли быть «просто шуткой», в связи с чем она считает, что суд необоснованно положил в «основу обвинения» указанное обстоятельство.

В жалобе она указывает на отсутствие доказательств, подтверждающих приготовление к преступлению. Полагает, что по делу отсутствует ущерб причиненный преступлением.

Выражает несогласие с оценкой судом показаний Л которые расценены судом как желание освободить И от уголовной ответственности. При этом судом оставлено без внимания, что согласно приговору от 25 апреля 2014 года Л осужден по ч. 2 ст. 291 УК РФ Л как взяткодатель не может являться потерпевшим.

По ее мнению, суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней близкий родственник умершего подсудимого И - Я выражает несогласие с постановлением, просит его отменить, вынести оправдательный приговор Полагает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Указывает на отсутствие в действиях И признаков мошенничества, в том числе с учетом квалифицирующего признака «с использованием своего служебного положения». Доказательства подтверждающие, что потерпевший был обманут или находился в заблуждении относительно действий или бездействий И отсутствуют. Выводы суда о виновности И основаны на недопустимых доказательствах. В обоснование своих доводов Я ссылается на показания Л о том, что И не совершал инкриминируемых ему действий, он (Л ) осознавал невозможность влияния И на решения других судей и передал И деньги в размере 50000 рублей в качестве долга перед И

Вместе с тем Я ссылается на пояснения судьи П о том, что И не обращался к нему с просьбами по поводу рассмотрения дел.

Кроме того, в жалобе она указывает, что Л не может являться потерпевшим по настоящему делу ввиду его осуждения по ч.2 ст.291 УК РФ за дачу взятки должностному лицу в значительном размере. Заявления Л о возбуждении уголовного дела не имеется. Доказательств, подтверждающих заинтересованность Л в принятии решения иным судьей в пользу Ф нет.

Я также указывает на недопустимость заключения лингвистической экспертизы №1-100 от 18 февраля 2015 года. Полагает, что вышеуказанное заключение экспертизы является неполным, содержит противоречия, не соответствует требованиям ст.75, 204 УПК РФ. При этом приводит доводы о несоответствии содержания записей разговоров установленных экспертом, содержанию этих записей, изложенному в заключении фоноскопической экспертизы и в протоколе осмотра документов об исследовании только фрагмента диалога, о предположении экспертом содержания исследуемых записей, об отсутствии в заключении экспертизы указания на иную методику, использованную при ее производстве.

Указывает на недопустимость проведения экспертизы по делу тем же экспертом, проводившим экспертное заключение по уголовному делу в отношении Л

Также считает недопустимыми доказательствами постановления о предоставлении результатов ОРД от 10 октября 2014 года, о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 7 октября 2014 года, протокол осмотра предметов (документов) от 16 октября 2014 года постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 16 октября 2014 года, заключения судебных экспертиз №№02483/07-0, 02483/07-1/1, 02483/07-1/2.

Считает, что образцы голоса, представленные для производства экспертизы, были получены с нарушением требований норм уголовно процессуального законодательства. Указывает, что свободные образцы голоса И были получены в результате ОРМ «наблюдение» в период с 28 декабря 2011 года по 28 мая 2012 года на основании постановления Кемеровского областного суда от 28 декабря 2011 года. Я полагает что какого-либо уголовного дела на основании вышеуказанного постановления от 28 декабря 2011 года возбуждено не было, результаты ОРМ не были рассекречены до 25 августа 2015 года, принадлежность голоса не была установлена. Постановление следователя, содержащее сведения об обстоятельствах получения образцов голоса, отсутствует.

Кроме того, она считает недопустимыми доказательствами постановление о признании Л потерпевшим и его показания от 7 апреля 2015 года в ходе предварительного следствия. Ссылается на то, что Л не просил привлечь И к уголовной ответственности давал показания, согласно которым потерпевшим он себя не считает, так как И не совершал действий, изложенных при описании преступного деяния. Также указывает на конфискацию денежных средств при осуждении Л по ч. 2 ст. 291 УК РФ, что исключает возможность возвращения ему денежных средств.

В постановлении неполно и неверно отражены показания свидетелей обвинения и не дана оценка показаниям свидетелей защиты.

В апелляционной жалобе приводит показания потерпевшего Л свидетелей Ф М А изложенные в постановлении суда, а также зафиксированные в протоколе судебного заседания. Указывает, что неполное изложение показаний данных свидетелей в постановлении, отсутствие их оценки и неустранение имеющихся противоречий привело к неверному выводу суда о виновности И

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор Немыкин А.А приводит суждения относительно несостоятельности позиции их авторов.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах, а также возражения на них, судебная коллегия считает необходим постановление оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Выводы суда о доказанности совершения И преступления предусмотренного ст. 30 ч.З и 159 ч.З УК РФ, соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, основаны на доказательствах, которым судом дана надлежащая оценка.

Мотивируя свой вывод о совершении И покушения на мошенничество с использованием своего служебного положения, суд сослался на показания свидетелей по делу, а также другие доказательства, содержание которых подробно приведено в постановлении.

В соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ суд проверил и оценил все исследованные в ходе судебного заседания доказательства проанализировал их в постановлении и указал основания, по которым он принял вышеперечисленные доказательства, представленные стороной обвинения, и отверг доводы защиты.

В обоснование своих выводов суд правильно сослался на показания свидетеля Ф данные в ходе судебного разбирательства, из которых усматривается, что в 2012 году Центральным районным судом г.Кемерово рассматривалось его заявление об обжаловании действий Росреестра связанных с регистрацией права В на помещение на рынке в г Его интересы представлял М

Из показаний свидетеля М следует, что он представлял интересы Ф в Центральном районном суде г. Кемерово, куда он обратился с заявлением о признании незаконными действий Росреестра. Для консультации он обращался в адвокатское бюро « . А подтвердил правильность его позиции.

Свидетель А подтвердил факт обсуждения между ним и Л процесса рассмотрения гражданского дела.

Из показаний Л усматривается, что у него имелись приятельские отношения с И . Он не отрицал своего обращения к И в октябре 2012 года по делу о двойной регистрации права.

Показания свидетелей и потерпевшего Л последовательны не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и иными доказательствами по делу. Оснований не доверять показаниям допрошенных по делу лиц у суда первой инстанции не имелось.

Помимо показаний свидетелей, суд правильно сослался на другие доказательства, представленные стороной обвинения, в том числе на результаты оперативно-розыскных мероприятий в виде аудио-видеозаписей разговоров, аудиозаписей телефонных переговоров, текстовые файлы соответствующие файлам с записями, меморандумы разговоров и расшифровок телефонных переговоров, заключения лингвистических и фоноскопических экспертиз.

При этом в судебном заседании были прослушаны и просмотрены аудио видеозаписи действий И и Л а также аудиозаписи телефонных переговоров Л и М Т., Л .и А

Доводы апелляционных жалоб о недопустимости записей телефонных переговоров являются необоснованными, поскольку наличие на фонограммах полученных в результате ОРМ, голосов И и Л подтверждается показаниями И а факт прослушивания телефонных номеров, использовавшихся И и Л нашел свое подтверждение в суде.

Принадлежность телефонных номеров как И так и Л указанных в детализации телефонных соединений, была проверена судом.

Доводы потерпевшего Л и свидетеля А отрицавших свое участие в ряде телефонных переговоров, были предметом проверки суда первой инстанции.

Оперативно-розыскные мероприятия проводились в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ. Документы, отражающие проведение оперативно-розыскных мероприятий составлены в соответствии с требованиями закона. Суд обоснованно признал результаты, полученные в ходе их проведения, допустимыми доказательствами.

Следственные действия, их содержание, ход и результаты зафиксированные в соответствующих протоколах, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Кроме того, совершение И инкриминируемого ему в вину преступления подтверждается проведенной по делу фоноскопической экспертизой, согласно выводам которой на представленных на исследование фонограммах установлены голос и речь И

Судом первой инстанции были проверены доводы стороны защиты о нарушениях норм действующего законодательства при получении образцов голоса И и обоснованно отвергнуты как несостоятельные с принятием соответствующего процессуального решения.

Образцы голоса И были получены до возбуждения уголовного дела в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия, что не противоречит требованиям ст. 202 УПК РФ. Впоследствии, в связи с отказом И от предоставления образцов своего голоса, они были переданы следователем эксперту в качестве образца для сравнительного исследования вследствие чего оснований для признания фоноскопической экспертизы недопустимым доказательством не имеется.

Согласно заключениям судебных экспертиз видео- и аудиозаписей №№02483/07-1, 02483/07-1/1, 02483/07-1/2 И принадлежат голос и речь мужчины, зафиксированные в видеозаписях от 4 октября 2012 года, 10 октября 2012 года, 3 декабря 2012 года. В записях вышеуказанных разговоров и телефонных переговоров И иЛ признаков монтажа или изменений, внесенных в процессе записи или после ее окончания, не обнаружено.

Из заключения судебной лингвистической экспертизы № 1-100 от 18 февраля 2015 года следует, что в разговоре И иЛ речь шла о передаче денежных средств от одного собеседника другому за решение проблемного вопроса, о наличии признаков побуждения к передаче 50000 рублей от одного собеседника другому.

Оснований для признания недопустимыми доказательствами заключений судебных экспертиз не имеется.

Доводы апелляционных жалоб о том, что эксперт, проводивший экспертизу по уголовному делу в отношении Л ., не мог проводить экспертизу по данному уголовному делу, являются несостоятельными.

Выводы экспертов, содержащиеся в заключениях, не противоречат собранным по делу доказательствам. При этом в распоряжении экспертов были все материалы уголовного дела. Оснований подвергать сомнению научную обоснованность выводов экспертов не имеется.

Заключения экспертов оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, выводы экспертов непротиворечивы и понятны подтверждаются результатами, содержащимися в исследовательской части.

Позиция стороны защиты о передаче денежных средств в сумме 50000 рублей Л И для передачи их И не нашла подтверждения в судебном заседании. Показания И . иЛ о существовании денежных обязательств не ставят под сомнение установленные судом фактические обстоятельства дела.

Доводы апелляционных жалоб в части отсутствия доказательств заинтересованности Л в принятии решения иным судьей в пользу Ф в том числе с учетом показаний судьи П не свидетельствуют о невиновности И в совершении преступления.

Анализ доказательств, имеющихся в материалах дела, свидетельствует о том, что суд правильно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал действия И по ч. 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 159 УК РФ как покушение на мошенничество, совершенное с использованием служебного положения. При этом суд привел мотивы, подтверждающие наличие в действиях И признаков данного состава преступления.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного расследования не допущено.

Доводы апелляционных жалоб о незаконности возбуждения уголовного дела ввиду отсутствия заявления потерпевшего в правоохранительные органы являются несостоятельными, поскольку уголовные дела, предусмотренные ст. 159 УК РФ (за исключением особенностей, предусмотренных ч. 3 ст. 20 УПК РФ), относятся к делам публичного обвинения и могут быть возбуждены без заявления потерпевшего при наличии повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. Поводом к возбуждению уголовного дела послужил рапорт оперативного сотрудника о наличии признаков преступления, а основанием материалы ОРД, рассекреченные в соответствии с действующим законодательством.

Указание в апелляционных жалобах на несогласие Л со своим процессуальным статусом потерпевшего в уголовном деле, а также доводы в части невозможности наделения Л процессуальным статусом потерпевшего в связи с его осуждением по ч. 2 ст. 291 УК РФ за дачу взятки должностному лицу в значительном размере, конфискация денежных средств в рамках уголовного дела в отношении Л не ставят под сомнение законность и обоснованность постановления.

Все ходатайства, заявленные стороной защиты, в том числе о назначении экспертиз по делу, признании недопустимыми доказательствами постановлений о предоставлении результатов ОРД от 10 октября 2014 года, о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 7 октября 2014 года, протокола осмотра предметов (документов) от 16 октября 2014 года постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 16 октября 2014 года, заключений судебных экспертиз №№02483/07-1, 02483/07-1/1, 02483/07-1/2 были предметом рассмотрения суда первой инстанции. Оснований для признания указанных доказательств недопустимыми судом первой инстанции обоснованно не установлено.

Постановление соответствует ч. 4 ст. 7 УПК РФ и является законным обоснованным и мотивированным.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933УПК РФ, судебная коллегия

определила:

постановление Кемеровского областного суда от 3 июня 2016 года в отношении И оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения Председательствующий

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...