Актуально на:
18 июня 2019 г.

Решение Верховного суда: Определение N 5-АПУ14-74 от 27.11.2014 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

{

верховны й суд

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

дело № 5-АПУ14-74

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 27 ноября 2014 г. 1

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Кулябина В.М.,

судей Земскова Е.Ю., Скрябина К.Е.

при секретаре Миняевой В.А.

I рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Аникушкина В.И. и Абдуллаева А.С на приговор Московского городского суда от 28 июля 2014 года, по которому

Зейналов О З ,

несудимый,

осужден по п. «и» ч.2 ст.105 УК РФ к 17 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима без ограничения свободы.

В пользу потерпевшего Щербакова В .Г. с осужденного Зейналова 0.3. взыскана компенсация морального вреда в сумме рублей.

!

&

2 !

Заслушав доклад судьи Земскова Е.Ю., выступление осужденного 1 Зейналова 0.3. и адвоката Абдуллаева А.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение представителя Генеральной прокуратуры РФ I прокурора Самойлова И.В. об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, Судебная коллегия

установила:

Зейналов признан виновным в совершении убийства из хулиганских побуждений.

Преступление совершено 10 октября 2013 года в г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах:

адвокат Аникушкин ссылается на нарушение норм уголовно процессуального закона на предварительном следствии и в судебном заседании, а именно:

суд не предоставил вновь вступившему защитнику Абдуллаеву разумное время для ознакомления с материалами уголовного дела;

свидетели Щ и С до их допроса смотрели видеотрансляцию судебного заседания через мониторы, установленные в холле суда, что является нарушением ст.264 УПК РФ, которое свидетельствует о недопустимости показаний указанных свидетелей;

следственный орган несвоевременно назначил судебно-медицинскую экспертизу для установления телесных повреждений у Зейналова;

суд в нарушение закона огласил в судебном заседании показания свидетеля О несмотря на возражения стороны защиты;

в проведении опроса П с использованием полиграфа стороне защиты было необоснованно отказано; при этом ссылается на то, что очевидец преступления П не смогла назвать причину конфликта, и защитник полагает, что она ее скрывает; ее показания являются противоречивыми, считает, что конфликт возник на межнациональной почве;

приговор построен только на показаниях свидетеля П , другие свидетели очевидцами происшествия не были;

показания Зейналова являются самооговором, поскольку они даны в результате насилия, примененного к нему при задержании;

заключение эксперта-генетика является предположительным, поэтому неправомерно положено в основу выводов суда;

судом сделаны неверные выводы о фактических обстоятельствах дела;

полагает неопровергнутыми доводы Зейналова о непричастности к преступлению и о наличии у него алиби;

нож, которым совершено преступление, не найден; телефонных соединений Зейналова на месте преступления не зафиксировано;

считает, что убийство потерпевшего было совершено в ходе драки зачинщиком который был он сам, в связи с чем вменение осужденному хулиганского мотива является необоснованным;

полагает более правильной квалификацию совершенного преступления по чЛ ст.105 УК РФ;

считает несправедливым назначенное наказание; просит приговор изменить;

адвокат Абдуллаев указывает, что судебное разбирательство было необъективным,

суд отказал в удовлетворении ряда заявленных ходатайств необъективно оценил доказательства; дал неверную юридическую оценку случившемуся;

приводит собственные анализ и оценку доказательств, на основании которых оспаривает выводы суда; утверждает, что нецензурной брани и ничего оскорбительного со стороны лица кавказской национальности не установлено;

считает, что конфликт спровоцирован не им;

факт конфликта подтверждается показаниями свидетеля О об обоюдной брани и обмене ударами;

считает, что в указанном резонансном деле правоохранительные органы попали под влияние общественных настроений и не подошли объективно к оценке показаний свидетеля П , которые защитник считает противоречивыми и недостоверными, исходя из анализа их содержания;

не согласен с решением суда об отказе в ходатайстве об опросе П с использованием полиграфа;

критикует показания свидетеля О и других свидетелей высказывает мнение о предубеждении свидетелей,

не согласен с отказом в ходатайстве о вызове в суд эксперта;

полагает, что квалификация преступления не соответствует установленным в суде фактическим обстоятельствам дела; просит приговор изменить.

По делу поступили возражения прокуроров Шпаковской А.К. и Розовой М.В., в которых указывается на необоснованность апелляционных жалоб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб Судебная коллегия оснований для отмены либо изменения приговора не находит.

Выводы суда о фактических обстоятельствах дела подтверждаются доказательствами, которые суд привел в приговоре.

Факт причинения Щ смерти при обстоятельствах установленных судом в приговоре, подтверждается показаниями очевидцев происшествия О П свидетелей П РФ ,К , актами судебно-медицинских экспертиз.

Так, из показаний свидетеля О в досудебном производстве следует, что 10 октября 2013 года около 1 часа 40 минут около ее дома ее догнал мужчина-кавказец, с запахом спиртного изо рта, который в развязной и наглой форме стал к ней приставать, пытался с ней познакомиться. После того, как она смогла войти в подъезд и подняться в свою квартиру, она услышала крики на улице. Выглянув в окно, она увидела во дворе К и Е , которые проживали в соседней квартире, и вышеуказанного мужчину Между мужчинами возникла «словесная перепалка», переросшая в обмен ударами. После этого они переместились в сторону и не стали ей видны однако она услышала крик К : «Зарезали», видела, как К забежала в подъезд, а Е шел какое-то время шатаясь, а затем упал на асфальт.

Из показаний свидетеля П следует, что около дома ей и Щ встретился мужчина-кавказец, который, услышав их разговор, стал ее передразнивать. На вопрос Е : «какие-то проблемы мужчина выругался в их адрес, толкнул Щ в грудь, а тот схватил куртку нападавшего. Освободившись от захвата, мужчина достал из правого кармана своих брюк нож. Е отбежал от него на небольшое расстояние, а мужчина подбежал к нему и, несмотря на просьбу Е прекратить конфликт, нанес ему удар ножом в область сердца, после чего с места происшествия скрылся. Е пытался дойти до подъезда, однако упал на асфальт. Его смерть констатировали приехавшие медработники.

Со слов свидетеля П об аналогичных обстоятельствах сообщили суду свидетели П Р !

Крики П о помощи слышал на месте происшествия и видел упавшего здесь же молодого человека, державшегося рукой за грудь свидетель К |

Врач скорой медицинской помощи Ф по прибытии на место происшествия видел лежавшего на асфальте молодого человека с раной расположенной на грудной клетке в проекции сердца, констатировал его смерть. Со слов девушки погибшего она была очевидцем обстоятельств, при которых потерпевшему был нанесен удар ножом.

Об обстоятельствах преступления свидетели О и П дали показания в ходе очных ставок с Зейналовым.

Свидетели С К М Б М очевидцами преступления не были, однако из их показаний следует, что Щ в ночь с 9 на 10 октября 2014 года спиртное не употреблял, что согласуется с выводами эксперта об отсутствии алкоголя в крови Щ и подтверждает показания П о том что Щ был трезв и его поведение было адекватным ситуации.

Показания П об обстоятельствах конфликта, о нанесении удара ножом в область сердца Щ также подтверждаются:

заключением судебно-медицинского эксперта об установленных на трупе Щ телесных повреждениях (множественные ссадины и кровоподтеки, две колото-резаные раны груди слева и поясничной области) и причине смерти, которая наступила в результате колото-резаного ранения груди слева, проникающего в плевральную полость, с повреждением сердца;

заключением эксперта о сквозных колото-резаных повреждениях на кофте-толстовке Щ причиненных плоским однолезвийным колюще-режущим предметом, которым мог быть нож с клинком длиной не менее 90 мм и максимальной шириной в пределах погружения в тело около 20 мм.

Факт совершения указанного преступления Зейналовым подтверждается:

показаниями свидетеля П которая сообщила, что 15 октября 2013 года, увидев в репортаже задержание Зейналова, узнала в задержанном лицо, совершившее преступление в отношении Щ ;

заключением эксперта-генетика, согласно которому биологический материал в подногтевом содержимом Щ мог образоваться в результате смешения биологического материала Щ Зейналова О.З. и иного лица; на кофте-толстовке с трупа Щ не 1 исключается присутствие биологического материала от Зейналова О.З. в I количестве, которое могло образоваться в результате непродолжительного контакта; на шарфе с трупа Щ выявлены биологические следы которые могли образоваться в результате смешения биологического материала Щ и Зейналова 0.3.;

заключением эксперта-лингвиста о том, что мужской голос, записанный на фонограмме разговора мужчины с родителями Зейналова 0.3., принадлежит Зейналову 0.3.;

протоколом осмотра и прослушивания указанной фонограммы от 25 ноября 2013 года, согласно которому в ходе телефонного разговора Зейналов О.З.о. сообщил своим родителям о совершенном им «десятого» числа убийстве «русского», рядом с которым в тот момент находилась «одна женщина». При этом Зейналов 0.3. уточнил, что он «два раза его ударил после чего пострадавший «умер»;

заключением эксперта-криминалиста, согласно которому на видеозаписи, произведенной в период с 1 часа 36 минут до 1 часа 42 минут 10 октября 2013 года видеокамерой, установленной у подъезда № дома корпус по проезду в городе , зафиксирован Зейналов 0.3.;

показаниями свидетеля З являющегося дядей осужденного, который на указанном фрагменте видеозаписи с видеокамеры подъезда узнал своего племянника Зейналова 0.3.

На основании вышеизложенных доказательств суд пришел к обоснованному выводу о том, что преступление совершено Зейналовым.

Его доводы о непричастности к преступлению, о наличии алиби суд обоснованно отверг, поскольку они опровергаются совокупностью вышеуказанных доказательств, а также соответствующими им показаниями Зейналова на предварительном следствии, которые суд обоснованно признал более достоверными, чем его показания в суде, где он стал отрицать совершение указанных действий.

Указанную оценку первоначальных показаний Зейналова в части совершения им преступления Судебная коллегия находит правильной по мотивам, изложенным в приговоре, выводы суда являются убедительными.

Показания Зейналова, в которых он, признавая факт нанесения ударов ножом, указывал на отсутствие у него хулиганских побуждений, суд в указанной части посчитал не соответствующими действительности, так как они опровергаются показаниями свидетеля О в отношении которой осужденный, по ее показаниям, непосредственно перед совершением преступления около дома потерпевшего вел себя бесцеремонно и нагло показаниями П согласно которым Зейналов при отсутствии видимых причин спровоцировал конфликт с незнакомым ему Щ передразнивая его девушку в его присутствии, а затем оскорбил их нецензурной бранью.

Доводы защитника о том, что показания свидетелей П О и других не опровергают показаний Зейналова, поскольку П необъективна, О не является очевидцем начала конфликта, а остальные свидетели знают о случившемся лишь со слов П , не являются основанием ставить под сомнение выводы суда.

Показания вышеуказанных свидетелей по делу об обстоятельствах происшедшего взаимно подтверждают друг друга, соответствуют экспертным заключениям, другим доказательствам и в своей совокупности указывают на совершение Зейналовым вышеуказанных действий именно из хулиганских побуждений, с умыслом на лишение жизни потерпевшего.

Мотивы, по которым защитой ставятся под сомнение показания свидетелей и другие доказательства вины осужденного, являются надуманными и неубедительными.

Использования судом недопустимых доказательств по материалам дела не усматривается.

Доводы о недопустимости показаний Зейналова, полученных в ходе предварительного следствия, о его самооговоре лишены оснований, так как между применением к нему физической силы в ходе задержания и получением от него показаний на допросе причинной связи не усматривается. Следственные действия с Зейналовым проводились с соблюдением уголовно-процессуального закона, поэтому считать недопустимыми полученные по результатам их проведения доказательства оснований не имеется.

Являются также необоснованными доводы о недопустимости заключения эксперта-генетика, которое вопреки жалобе содержит не предположение, а утверждение о наличии биологического материала Зейналова в смеси с биологическим материалом других лиц.

Тот факт, что свидетели Щ и С находясь в коридоре суда, смотрели видеотрансляцию допроса потерпевшего Щ из зала судебного заседания, вопреки доводам жалобы не является нарушением требований статьи 264 УПК РФ, которая обязывает

судебного пристава принимать меры к тому, чтобы не допрошенные судом

свидетели не общались с допрошенными свидетелями. Как следует из

материалов дела допрошенные свидетели с недопрошеккыми не общались, а то обстоятельство, что они слышали содержание показаний потерпевшего,

само по себе не свидетельствует, что услышанное повлияло на их

собственные показания. Указанные лица были предварительно допрошены в

досудебном производстве. Фактов, свидетельствующих, что показания

потерпевшего повлияли на содержание показаний свидетелей, в жалобе не

приводится, в связи с чем оснований считать показания указанных

свидетелей в суде недопустимыми не имеется. Судом правильно разрешено

соответствующее ходатайство стороны защиты (т. 10 л.д. 132-133).

Оглашение судом показаний свидетеля О на следствии закону

не противоречит, поскольку суду из показаний свидетеля П (т.10

л.д.156), рапорта оперуполномоченного Н (т.10 л.д.79), объяснений О (т.10 л.д.80), справки со школы (т.10 л.д.83) было известно, что свидетеля нет в она уехала из на родину в,

забрав детей. При указанных обстоятельствах суд обоснованно признал причины, препятствующие явке свидетеля в суд, в соответствии с п.4 ч.2 ст.281 УПК РФ чрезвычайными, приняв решение об оглашении ее показаний. О не является ключевым свидетелем поскольку не видела момент нанесения удара ножом, по сообщенным ею обстоятельствам конфликта более подробные показания даны в суде и на следствии другим свидетелем - П В ходе досудебного производства Зейналову была обеспечена возможность допросить показывающего против него свидетеля О в ходе очной ставки протокол которой также оглашен в судебном заседании. В связи с этим оглашение показаний свидетеля О не противоречит также ст.6 Конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод», поскольку установленное п. <1ч.З ст. 6 указанной Конвенции право обвиняемого допросить свидетелей, показывающих против него, с учетом изложенных обстоятельств судом нарушено не было.

Не усматривается нарушений требований о справедливом судебном разбирательстве и в связи с отсутствием в уголовном деле видеозаписей с подъездов других домов (поскольку в силу ст.15 УПК РФ суд исследует доказательства, которые ему представляют стороны), а также в связи с отказом в удовлетворении ходатайства о допросе с использованием полиграфа свидетеля П поскольку такого способа собирания доказательств, как правильно учел суд при разрешении ходатайства стороны защиты, закон не предусматривает (т.10 л.д. 100-101), исследование на полиграфе не гарантирует достоверности собираемой информации.

Доводы о том, что по ходатайству стороны защиты судом не был допрошен эксперт Д по вопросу: могли ли ссадины у Щ возникнуть при падении на асфальт, не свидетельствуют о нарушении судом требований состязательности, поскольку для ответа на указанный вопрос специальных познаний не требовалось. Экспертное заключение содержит достаточный объем выводов, правильно оценено судом, неясностей и противоречий в нем не усматривается. Судебная коллегия также не усмотрела оснований для удовлетворения соответствующего ходатайства стороны защиты. Кроме того, утверждение стороны защиты о том, что указанные ссадины и кровоподтек были получены в результате падения потерпевшего на асфальт, к числу обстоятельств, свидетельствующих о

невиновности осужденного в убийстве, не относится.

Являются необоснованными также доводы защитника Аникушкина о

нарушении права на защиту в связи с непредставлением второму адвокату

Абдуллаеву времени на изучение материалов дела.

Как следует из материалов дела, защитнику, заявившему 18 июня 2014

года в ходе предварительного слушания ходатайство об ознакомлении с материалами дела, при объявлении перерыва в судебном заседании были предоставлены материалы дела до 11 часов 19 июня 2014 года и объявлено о разрешении ходатайства после перерыва. По итогам предварительного слушания судебное заседание было назначено на 30 июня 2014 года Согласно расписки адвоката Абдуллаева А.С. он с материалами уголовного дела ознакомлен (т.10 л.д.71), в судебном заседании 30 июня 2014 года судом разъяснялась возможность заявить о наличии препятствий для участия по уголовному делу защитников, ходатайств об отложении судебного разбирательства, о повторном рассмотрении вопросов, которые разрешаются на предварительном слушании, заявлено не было (т.10 л.д.103).

Нарушений сроков и порядка ознакомления с протоколом судебного заседания Судебная коллегия также не усматривает, в связи с чем являются необоснованными доводы о нарушении тем самым права на защиту осужденного.

Таким образом, судом в основу приговора положены достоверные и допустимые доказательства, достаточные в своей совокупности для выводов которые сформулированы судом.

Приговор соответствует требованиям ст.307 УПК РФ.

Все ходатайства сторон судом разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Нарушений норм УПК РФ, влекущих отмену приговора, по делу не усматривается.

Выводы суда о фактических обстоятельствах дела являются правильными.

Доводы защиты о том, что по делу не обнаружено орудие преступления об отсутствии телефонных соединений Зейналова на месте совершения преступления, на доказанность фактических обстоятельств дела не влияют.

Доводы о том, что алиби Зейналова не опровергнуто, противоречат приговору, который содержит достаточные доказательства свидетельствующие об обратном.

Исходя из фактических обстоятельств дела судом правильно в соответствии с уголовным законом квалифицированы действия Зейналова.

Доводы стороны защиты о том, что для конфликта имелись реальные причины, что он возник на межнациональной почве, зачинщиком ссоры и драки был потерпевшей, являются надуманными, фактическими данными не подтверждаются.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.6,60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления личность осужденного, отсутствие по делу смягчающих и отягчающих

обстоятельств, назначив справедливое наказание.

Судом обоснованно на основании ст.151, 1099, п.2 ст.1101 ГК РФ удовлетворен гражданский иск потерпевшего Щ оснований

для снижения взысканных сумм Судебная коллегия не усматривает.

У (7

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Московского городского суда от 28 июля 2014 года в отношении Зейналова О З оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов Аникушкина В .И. и Абдуллаева А.С без удовлетворения Председательствующий:

Судьи:

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...