Актуально на:
19 декабря 2018 г.

Решение Верховного суда: Определение N 66-О11-118 от 05.10.2011 Судебная коллегия по уголовным делам, кассация

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №66-ОП-118

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 0 5 . 1 0 . 2 0 1 1 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Червоткина АС.

судей Зеленина СР. и

Фетисова СМ.

при секретаре Никулищиной А.А. рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осужденного Герасимова А.В. и защитника Русаковой М.Б. на приговор Иркутского областного суда от 21.06.2011, по которому

Герасимов А В г.

не судимый осужден по ст. 105 ч.2 п. «з» УК РФ (в редакции от 13.06.1996) к 15 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Зеленина СР., выступление осужденного Герасимова А.В. с использованием систем видеоконференц-связи и его защитника Русаковой М.Б., поддержавших доводы своих кассационных жалоб об отмене приговора суда, выступление прокурора Генеральной прокуратуры РФ Модестовой А.А., возражавшей против удовлетворения кассационных жалоб, судебная коллегия

установила:

Герасимов А.В. осужден за убийство, из корыстных побуждений.

Преступление было совершено 10.03.1999 в период времени с 10.00 до 11.00 часов на территории, прилегающей к ОАО в г.

области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Защитник Русакова М.Б. в кассационной жалобе и дополнениях к ней, оспаривая приговор, просит его отменить как незаконный и необоснованный, поскольку не установлена причастность Герасимова к совершению преступления.

Утверждает, что судом допущены нарушения требований уголовно процессуального закона:

несмотря на нарушение права на защиту подсудимого Герасимова А.В. и его защитников при выполнении требований ст.217 УПК РФ, на начальной стадии судебного разбирательства при проведении предварительного слушания по делу, судом было необоснованно отклонено ходатайство защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ;

содержание постановления суда от 23.03.2011 о назначении повторной комиссионной комплексной судебной экспертизы в ИОБСМЭ г не соответствует нормам УПК РФ, т.к. в описательной части преждевременно была дана оценка показаниям свидетеля С

заключение экспертов № 183 от 11.05.2011 является недопустимым доказательством, т.к. научно необоснованно, немотивированно, его выводы противоречат заключению экспертизы, проведенной экспертами Д , Л и Д 21.03.2011 в судебном заседании однако противоречия судом устранены не были;

судом необоснованно, по надуманным основаниям, отклонены ходатайства защиты о допросе членов комиссии экспертов, составивших заключение № 183; о назначении повторной комплексной экспертизы; о проведении повторной экспертизы вещественных доказательств (пальто потерпевшего); о приобщении к материалам дела заключений специалистов № 93/11 от 19.05.2011, № 188/11 от 20.05.2011, двух заключений от 30.05.2011; о проведении в отношении свидетеля С судебной психологической экспертизы и психофизиологического исследования.

Выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, вина Герасимова в совершении инкриминируемого уголовно-наказуемого деяния не доказана:

выводы суда о возникновении у Герасимова умысла на убийство Д из корыстных побуждений, а после потребовать от Г

рублей, основаны на предположениях и ничем не подтверждены, наличие корыстного мотива у Герасимова не доказано, т.к тот с потерпевшим знаком не был, убивать Д Герасимова никто не просил, заинтересованности в смерти Д у Герасимова не было. В обоснование этих доводов защита ссылается на показания свидетеля Г который, как указывает защитник, категорически утверждал что Герасимов не мог убить Д по причине отсутствия для этого оснований, а также дает собственную оценку показаниям свидетелей С Р , полагая их недостоверными;

в основу вывода о доказанности вины Герасимова судом положены непоследовательные, противоречивые, недостоверные показания свидетеля-очевидца С и лично заинтересованного в исходе дела не в пользу Герасимова свидетеля Р о передаче Герасимову рублей от Г В подтверждение своих доводов о недостоверности показаний свидетеля С , защитник ссылается на полученные в судебном заседании заключения специалистов Л А

и Б Л и М Е и Уш которые, как указывает защитник, были подробно исследованы в судебном заседании с участием сторон. Показания других свидетелей, приведенные в приговоре суда, не несут доказательственной нагрузки в части предъявленного Герасимову обвинения в убийстве;

результаты проведенного 21.02.2011 в выездном судебном заседании осмотра местности и следственного эксперимента с участием свидетеля С а являются недопустимым доказательством, т.к. были нарушены ст. 181, 288 УПК РФ;

В основу приговора положены недопустимые доказательства приведены противоречащие и взаимоисключающие доказательства надлежащие анализ и оценка которых судом не произведены, чем нарушена ст.307 УПК РФ.

Назначенное Герасимову наказание является суровым и несправедливым, так как не учтены обстоятельства дела, личность осужденного, смягчающие наказание обстоятельства (благотворительная и общественно-полезная деятельность Герасимова, состояние здоровья отсутствие судимостей).

Осужденный Герасимов А.В. в кассационной жалобе утверждает о своей невиновности, о фабрикации дела следователем. Доказательств того что он знал убитого Д в деле нет.

Ссылается на показания его супруги Е и друзей о том, что в день совершения преступления он спал дома в состоянии алкогольного опьянения. Суд отверг его алиби необоснованно.

Отрицательно характеризует свидетеля С считает его показания ложными противоречивыми, о чем показал в суде и эксперт Л

Суд отказал в проверке его и С на детекторе лжи, эксперты вынесли заключение, что нельзя причинить повреждения при обстоятельствах, указанных С , проведенная в судебном заседании экспертиза проводилась под руководством следователя и дала нужное ему заключение, С сам сказал суду, что давая показания фантазировал.

Приглашенные в суд ученые подтвердили его невиновность, но суд отверг их доводы.

Т также оговорил его, правоохранительные органы были заинтересованы в его осуждении, поскольку он отказался платить Г деньги.

Р оговорил его, хотя они друзья с детства.

Просит отменить приговор и оправдать его.

Потерпевшая Д возражает на кассационную жалобу защитника, считает осуждение Герасимова обоснованным.

Государственный обвинитель Тимофеева Ю С . возражает на кассационные жалобы осужденного и его защитника, приводит доводы в обоснование законности вынесенного приговора.

Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным.

Вина осужденного в совершении указанного преступления полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка.

Такими доказательствами, в частности, обоснованно признаны показания свидетеля С о том, что в марте 1999 года Герасимов попросил свозить его на завод, что он и сделал. Герасимов ждал человека, который должен был приехать на автобусе, а когда тот приехал пошел за ним с сумкой, из которой достал шапку, натянув ее себе на глаза затем достал из сумки обрез и, приблизившись к мужчине, дважды выстрелил в потерпевшего, второй раз мужчина уже лежал. Потом они отъехали от этого места, Герасимов вышел из машины, а он в это время видел в сумке обрез двуствольного ружья. Дипломат убитого и сумку Герасимов отнес в сторону леса и сказал ему молчать об увиденном. Через 2-3 дня он узнал, что убит директор этого завода Д . Позже Герасимов дал ему за услуги рублей и сказал, что сам получил за убийство рублей.

В приговоре дан подробный анализ показаний свидетеля С данных им как на предварительном следствии, так в и ходе судебного разбирательства. При этом судом сделан обоснованный вывод о том, что показания С об обстоятельствах убийства Д основаны на его личных наблюдениях, а сведения, сообщенные свидетелями Р и Г , дополняют показания С и согласуются с ними.

В ходе судебного разбирательства не было установлено обстоятельств, указывающих на оговор подсудимого Герасимова свидетелем С .

Показания свидетеля С подтверждаются также и показаниями свидетелей Л ,Л Р потерпевшей Д а также заключениями экспертов и показаниями специалистов.

Тем самым, доводы защиты о даче С против Герасимова необходимых следствию показаний, о фабрикации уголовного дела в отношении Герасимова надуманны и опровергаются достоверными и допустимыми доказательствами.

Показания свидетеля Б о том, что С в его присутствии сообщал, что дал показания против Герасимова по указанию правоохранительных органов, судом было установлено, что на предварительном следствии С давал показания по обстоятельствам убийства Герасимовым потерпевшего Д добровольно, ни о каких фактах применения психического или физического насилия не заявлял.

Из показаний свидетеля Д видно, что процессуальный порядок проведения следственных действий с С не нарушался Несмотря на то, что С ранее привлекался к уголовной ответственности за совершение убийства, уголовное преследование было прекращено на досудебной стадии.

Личность свидетеля С по ходатайству адвоката Русаковой М.Б. судом неоднократно исследовалась, в том числе по ходатайству защитника судом было истребовано у мирового судьи уголовное дело в отношении С по ст.ЗЗО ч.1 УК РФ, которые были исследованы в судебном заседании.

Нарушений прав стороны защиты на представление доказательств в этой части не допущено.

Неполнота предварительного и судебного следствия в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством не является основанием для отмены или изменения приговора суда.

Результатам проведенного в выездном судебном заседании осмотра местности и следственного эксперимента с участием свидетеля С судом дана оценка в приговоре.

Эти действия были проведены судом в соответствии с положениями ст. 287, 288, 181 УПК РФ, разница в высоте снежного покрова при проведении осмотра и эксперимента 21.02.2011 и в день убийства Д 10.03.1999 на результаты не повлияла.

Судом дана оценка всем исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам, показания свидетеля С судом недопустимыми не признавались, за исключением протокола проверки показаний на месте свидетеля С от 07.12.2009.

Напротив, показания этого свидетеля были подвергнуты тщательному анализу и оценены в приговоре в совокупности с другими доказательствами, в том числе представленными стороной защиты, такими как показания специалистов М , Л Б Е и У

Судом дана, в том числе оценка пояснениям специалиста Е о подготовленности текстов показаний С как необоснованным поскольку судом установлено, что С был допрошен на предварительном следствии несколько раз разными следователями, давал логичные и последовательные показания об обстоятельствах совершенного на его глазах Герасимовым преступления, источник своей осведомленности С указал.

Еще до получения следствием этих показаний С следствие располагало достоверными данными о том, что убийца приезжал на место преступления на отечественном автомобиле. В частности, свидетель Л показывала, что парень высокого роста вышел из правой передней двери машины темно-серого цвета, а водитель сидел слева.

Показания специалистов, в том числе М Л Б привлеченных защитником в целях переоценки заключения судебной комиссионной комплексной экспертизы № 183 от 11.05.2011, о невозможности причинения телесных повреждений потерпевшему Д при обстоятельствах, изложенных свидетелем С и научной необоснованности указанного заключения, судом отражены в приговоре, проанализированы во взаимосвязи с другими доказательствами и соответствующим образом оценены как не влияющие на достоверность выводов экспертов.

Свидетель Г на досудебной стадии сообщал органам следствия о том, что в разговоре с Герасимовым он говорил, что Д из-за своего поведения усложняет работу общества, в том числе и его, по итогам разговора Герасимов сказал, что решит проблемы.

После убийства Д Г был задержан по подозрению в совершении этого преступления, а после освобождения встречался сР который рассказал о требовании Герасимова у него

рублей за решение проблемы с Д

Эти показания свидетель Г в судебном заседании подтвердил, они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, с разъяснением Г всех его процессуальных прав и гарантий.

Доводы защиты о заинтересованности свидетеля обвинения Р в неблагоприятном для Герасимова исходе дела, оговоре Герасимова Р в ходе судебного разбирательства опровергнуты совокупностью доказательств, подтверждающих достоверность показаний этого свидетеля.

Оснований для оговора Р Герасимова судом не установлено.

В период следствия свидетель Р утверждал, что ему было известно о проблемах Г с Д и что Г искал человека, который мог решить эти проблемы. Обстоятельства причинения телесного повреждения Р объяснил в судебном заседании, никакой связи с последующей дачей им показаний в отношении Герасимова установлено не было.

Из показаний специалиста Б судом было установлено, что психофизиологическое исследование, проводимое 17.02.2010г. в отношении Р , было прервано в связи с ухудшением состояния здоровья последнего, а не по причине отсутствия угодных следствию выводов.

Заключение специалиста Б о проведении психофизиологического исследования в отношении Р судом в качестве доказательства не признано, а потому не может являться основанием для выводов суда.

Показания свидетелей защиты Б , К Е о наличии у Герасимова алиби, связанного с нахождением его в состоянии алкогольного опьянения, опровергнуты показаниями свидетеля С

Сам Герасимов в ходе предварительного расследования и в судебном заседании не сообщал о наличии данного алиби.

Оценка показаниям данных свидетелей дана также с учетом того, что Е воспитывает совместного с Герасимовым сына и получает материальную помощь от сожительницы Герасимова - К

Показания свидетеля К носят характер предположения и не могут являться в силу этого достоверными доказательствами по делу поскольку 10 марта 1999 года он лично Герасимова не видел.

Судом в приговоре дана надлежащая оценка заключению комиссии экспертов № 183, которое отвечает требованиям ст.ст.200, 201, 204 УПК РФ.

Принимая во внимание вопросы, подлежащие рассмотрению экспертами, суд пришел к правильному выводу об обоснованности состава комиссии экспертов, в том числе об отсутствии необходимости участия в ней эксперта в области баллистики.

Выводы суда о доказанности корыстного мотива убийства Д основаны на собранных и исследованных в судебном заседании доказательствах.

Материалами дела, в частности, установлено, что свидетель Г по предложению Р обратился к осужденному Герасимову с просьбой переговорить с потерпевшим Д , который мешал осуществлению Г полномочий директора завода БВК.

О наличии у Герасимова корыстного мотива при совершении убийства Д свидетельствует то обстоятельство, что сразу после совершения убийства Герасимов потребовал у Г через Р

рублей, хотя Г находился под стражей как подозреваемый и не имел возможности передать деньги.

Герасимов, по показаниям свидетеля, передал Г требование отдать деньги, поскольку решил его вопрос и подтвердил, что «решает его вопросы жестко». При этом Герасимов угрожал, что с Г может произойти то же самое, что и с Д

Свидетель Р подтвердил в судебном заседании то обстоятельство, что Герасимов решил проблему Г , возникшую в связи с деятельностью Д и за решение этой проблемы Герасимов потребовал с Г рублей.

Со слов Р указанную сумму денег ему передал для Герасимова Г аР передал деньги Герасимову.

В ходе допроса Г на предварительном следствии он пояснил, что он сильно испугался угроз, переданных Р , так как прекрасно понимал, что если Герасимов смог убить Д то сможет убить и его.

В судебном заседании установлено, что ни у С , ни у Г и Р оснований для оговора Герасимова не имеется Все они между собой были знакомы, поддерживали друг с другом отношения, личной неприязни друг к другу не испытывали.

Доводы защиты о наличии у С многократных судимостей не основаны на законе, поскольку С является юридически не судимым.

Таким образом, доводы защиты о том, что выводы суда о доказанности вины Герасимова основаны на предположениях, не соответствуют материалам дела.

Фактические обстоятельства содеянного Герасимовым установлены правильно, квалификация его действий соответствует обстоятельствам дела.

Доводы Герасимова о том, что он не знал потерпевшего Д опровергнуты показаниями свидетеля С , а также иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Постановлением Иркутского областного суда от 27.01.2011 было назначено судебное заседание по результатам проведенного предварительного слушания.

Доводы защиты о нарушении требований ст.217 УПК РФ проверялись как при проведении предварительного слушания, так и судом кассационной инстанции и отвергнуты. При таких обстоятельствах оспаривание выводов суда возможно лишь в порядке надзора, но не при кассационном обжаловании приговора суда.

Дополнительных оснований, влекущих необходимость возвращения уголовного дела прокурору, в судебном заседании суда первой инстанции установлено не было.

Как видно из материалов дела, Герасимов был обеспечен услугами защитника как при ознакомлении с материалами уголовного дела, так и в ходе проведения предварительного слушания по делу.

Отсутствие какого бы то ни было процессуального решения в отношении иных лиц, в том числе свидетеля С , не является препятствием для рассмотрения дела в отношении обвиняемого Герасимова в соответствии со ст. 252 УПК РФ.

Ходатайства стороны защиты о приобщении к делу заключений специалистов рассмотрены судом с вынесением мотивированных решений.

и

В том числе такая оценка дана заключению комиссии экспертов Д Л иД от 21.03.2011 по результатам проведенной в суде комплексной экспертизы.

При этом суд принял во внимание всю совокупность доказательств по делу и привел свои мотивированные выводы в приговоре.

Судом обоснованно и в соответствии с законом оценено заключение специалистов Б и Б от 27.10.2009, полученному до возобновления производства по настоящему делу, то есть вне рамок уголовно-процессуальной деятельности.

Право стороны защиты на представление доказательств по данному делу не нарушено. Все вызванные стороной защиты специалисты были допрошены в судебном заседании, в том числе специалисты М,

Л и другие, их показания приведены в приговоре и получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ.

Пояснения, данные указанными лицами в судебном заседании суда кассационной инстанции (воспроизводящие те выводы, которые были изложены ими в соответствующих «заключениях»), не могут послужить основанием для отмены приговора суда, поскольку эти же их показания были исследованы в суде первой инстанции и им дана исчерпывающая оценка в приговоре суда.

Все имеющиеся в деле вещественные доказательства, в том числе пальто потерпевшего, являлись предметом экспертных исследований и стороны не лишены были возможности ходатайствовать перед судом о постановке перед экспертами надлежащих вопросов и реализовывать иные права, гарантированные законом.

Постановление суда от 23.03.2011 о назначении повторной комиссионной комплексной судебной экспертизы соответствует требованиям ст. 283, 195 УПК РФ, вынесено после обсуждения вопроса о назначении экспертизы с участием сторон, в нем не дается оценки показаниям допрошенных по делу лиц, в том числе свидетеля С однако в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона имеются ссылки на доказательства, имеющиеся в деле и исследованные судом.

Утверждения осужденного о том, что указанная экспертиза проводилась под руководством следователя и дала нужное ему заключение является несостоятельным и опровергается соблюдением предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедуры назначения и производства экспертизы, а ссылка на руководство следователя является голословной.

Ходатайство защиты о вызове и допросе экспертов из комиссии составивших заключение № 183, не было обоснованным, кроме того отсутствовали основания для их вызова и допроса, поскольку заключение экспертов является ясным, полным, обоснованным и не содержит противоречий, которые бы остались без оценки суда.

При такой оценке следует учитывать, что показания С о подробностях убийства (взаимоположения тел нападавшего и потерпевшего, расстояния между ними) не могут быть в высокой степени конкретными и точными, поскольку он наблюдал происходившее со значительного расстояния - не менее 100 метров, а с момента преступления прошло продолжительное время, около 10 лет.

При таких обстоятельствах незначительные расхождения в описании происшедшего, в том числе отмеченные экспертами, не могут поставить под сомнение достоверность его показаний относительно описания существенных для дела фактов.

Данное обстоятельство не оспаривает и защитой в кассационной жалобе и не осталось без оценки привлеченных защитой специалистов которые подчеркнули, что точных данных о взаимном расположении потерпевшего и нападавшего в показаниях С не содержится.

При таких обстоятельствах ходатайство защитника о назначении повторной комиссионной комплексной судебной экспертизы судом отклонено мотивированно, выводы суда, изложенные в постановлении обоснованы и соответствуют требованиям закона.

Суд обоснованно отказал также в проведении свидетелю С судебной психологической экспертизы, поскольку для этого отсутствовали основания и в проведении ему психофизиологического исследования поскольку такое судебное действие не предусмотрено уголовно процессуальным законодательством.

Вопрос о том, в результате каких именно оперативно-розыскных мероприятий была установлена причастность С к совершению Герасимовым преступления не имеет значение для правильного разрешения данного дела, поскольку материалы этой оперативно розыскной деятельности в следственные органы не направлялись и в уголовно-процессуальном порядке не проверялись, а потому оценка их допустимости дана быть не может.

Показания же С получены в результате следственных действий, проведенных с соблюдением требований уголовно процессуального закона и их оценка с точки зрения допустимости относимости и достоверности судом дана.

Доводы стороны защиты о необъективности суда опровергнуты материалами уголовного дела, из которых видно, что дело рассмотрено судом в соответствии с принципом состязательности и равноправия сторон.

При этом судом создавались условия для исполнения сторонами своих процессуальных функций.

Само по себе несогласие стороны с результатами разрешения судом возникающих в ходе рассмотрения дела вопросов не является основанием для утверждения о необъективности суда.

Разрешение вопроса о проведении подсудимому, содержащемуся под стражей медицинского освидетельствования, предусмотренного частью 1-1 ст. 110 УПК РФ, не связано с оценкой законности и обоснованности приговора суда.

Суд назначил осужденному наказание в соответствии с требованиями главы 10 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений и данных о его личности.

При этом, как видно из приговора, было учтено наличие троих несовершеннолетних детей, совершение преступления впервые, состояние здоровья, положительные характеристики.

Справедливость назначенного осужденному наказания сомнений у судебной коллегии не вызывает, оснований для его смягчения не усматривается.

По своему содержанию описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 397 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Иркутского областного суда от 21.06.2011 в отношении Герасимова А В оставить без изменения кассационные жалобы - без удовлетворения Председательствующий

Судьи

Аа
Аа
Аа
Идет загрузка...