Решение по делу № 2-2/2023 от 11.07.2023 - о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда, штрафа.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 июля 2023 года г. Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Петрович К.Э.,

при секретаре Кононовой Н.Н.,

с участием истцов ФИО15, ФИО16,

истца ФИО17, ее представителя ФИО18, действующей на основании доверенности от *дата скрыта*,

истцов ФИО19, ФИО20,

представителей ответчика ЗАО «Управляющая компания «РЗС» ФИО21, действующей на основании Устава; ФИО22, действующей на основании доверенности от *дата скрыта*,

представителя третьего лица администрации Шелеховского городского поселения ФИО23, действующего на основании доверенности от *дата скрыта*,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2/2023 по иску ФИО15, ФИО16 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о возмещении материального ущерба, убытков, взыскании компенсации морального вреда, штрафа;

по иску ФИО17 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о возмещении материального ущерба, убытков, взыскании компенсации морального вреда, штрафа;

по иску ФИО19, ФИО20 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда, штрафа,

установил:

ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 обратились в суд с исками к ЗАО «Управляющая компания «РЗС» о возмещении материального ущерба, убытков, взыскании компенсации морального вреда, штрафа; определением Шелеховского городского суда Иркутской области от 22.07.2022 гражданские дела по указанным искам объединены в одно производство.

В обоснование исковых требований ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО19 и ФИО20, уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ, указано, что ФИО15 является собственником квартиры *номер скрыт*, ФИО17 – квартиры №*номер скрыт*, ФИО19 и ФИО20– квартиры *номер скрыт* (по <данные изъяты> доли), расположенной в двухэтажном восьмиквартирном доме по адресу: *адрес скрыт*

*дата скрыта* в многоквартирном доме *номер скрыт* произошел пожар, после которого дом был признан непригодным для проживания, не подлежащим ремонту или реконструкции, а подлежащим сносу. После пожара все истцы выселились из многоквартирного дома.

Причиной пожара явилось короткое замыкание ветхой системы электроснабжения, очаг пожара располагался в помещении теплоузла.

Выводы о причинах пожара, механизме его возникновения следуют из заключения ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Иркутской области *номер скрыт* от *дата скрыта*. Данное заключение было подтверждено выводами пожарно-технической судебной экспертизы *номер скрыт* от *дата скрыта*, проведенной в ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Иркутской области. Согласно данному заключению, очаг пожара определяется во внутреннем объеме помещения теплоузла, в верхней части стены, смежной с помещением тамбура. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока, при протекании аварийного режима работы электрооборудования (БПС).

В ходе судебного разбирательства была проведена повторная судебная пожарно-техническая экспертиза в ФГБУ «СЭУ ФПС ИПЛ» по Омской области, которая подтвердила выводы ранее проведенных государственных экспертиз.

На момент пожара многоквартирный дом находился в управлении ЗАО «Управляющая компания «РЗС» на основании договора управления от *дата скрыта*.

Электрооборудование многоквартирного жилого дома относится к общему имуществу многоквартирного жилого дома, обязанность по содержанию и ремонту которого возложена на управляющую компанию ЗАО «Управляющая компания «РЗС». Помещение теплоузла также относится к составу общего имущества многоквартирного дома (пп. «д» п. 2, п. 7 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утв. Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 №491).

Причиной пожара явилось ненадлежащее содержание электрооборудования управляющей компанией. Следовательно, ответственность за причиненный истцам имущественный вред в виде стоимости принадлежащих им квартир, признанных непригодным для проживания, подлежит возмещению ответчиком.

С целью определения размера причиненного материального ущерба, истцы во внесудебном порядке обратились к независимому эксперту ИП ФИО1, которым определена рыночная стоимость жилых помещений по состоянию на дату оценки. Согласно заключению *номер скрыт* от *дата скрыта*, рыночная стоимость квартиры *номер скрыт* (собственник ФИО15) по состоянию на *дата скрыта* составила 1 560 000 руб. Согласно заключению *номер скрыт* от *дата скрыта*, рыночная стоимость квартиры *номер скрыт* (собственник ФИО17) по состоянию на *дата скрыта* составила 1 983 000 руб. Согласно заключению *номер скрыт* от *дата скрыта*, рыночная стоимость квартиры *номер скрыт* (собственники ФИО19 и ФИО20) по состоянию на *дата скрыта* составила 1 988 000 руб.

Истцы ФИО15 и ФИО16 с *дата скрыта* года состоят в зарегистрированном браке. В связи с чем, все имущество, приобретенное ими в браке по возмездным сделкам, в частности квартира *номер скрыт* по адресу: *адрес скрыт* приобретенная по договору купли-продажи от *дата скрыта*, является их совместной собственностью. В связи с тем, что утраченная в результате пожара квартира *номер скрыт* являлась единственным жильем истцов, они были вынуждены взять ипотечный кредит для приобретения другого жилого помещения *адрес скрыт* *дата скрыта* ФИО16 заключила с <данные изъяты> кредитный договор *номер скрыт* сроком на <данные изъяты>); ежемесячный платеж составляет <данные изъяты> руб. и является значительным для семьи истцов. На дату *дата скрыта* по данному ипотечному кредиту выплачено 626 809,38 руб., из которых: <данные изъяты>. В силу положений ч. 2 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, указанные денежные средства в сумме 626 809,38 руб. являются убытками ФИО16 и подлежат возмещению ЗАО «Управляющая компания «РЗС».

Истец ФИО17, не имеющая в собственности иного жилья, *дата скрыта* также заключила с <данные изъяты> кредитный договор *номер скрыт* и приобрела аналогичную квартиру: <данные изъяты>, той же площади, расположенную в том же районе. Истец вынуждена ежемесячно тратить значительную часть своего дохода на погашение основного долга и процентов по кредиту. Стоимость выплаченных ФИО17 процентов по кредиту на приобретение квартиры от *дата скрыта* по состоянию на *дата скрыта* составляет 246 202,37 руб., что подтверждается справкой ПАО Сбербанк. Указанные расходы являются убытками ФИО17, причиненными в связи с пожаром, в связи с чем, подлежат взысканию с ответчика.

В досудебном порядке истцы обратились в ЗАО «Управляющая компания «РЗС» с письменными претензиями о возмещении причиненного материального ущерба в размере стоимости принадлежащих им жилых помещений, однако, ответчик в удовлетворении их требований отказал, указав на отсутствие вины в произошедшем пожаре.

Возникшие между сторонами правоотношения подпадают под регулирование Закона о защите прав потребителей, в связи с чем, с ЗАО «Управляющая компания «РЗС» пользу истцов также подлежит взысканию компенсация морального вреда и штраф, предусмотренный ст. 13 Закона о защите прав потребителей. Все истцы испытали нравственные и физические страдания, поскольку лишились единственного жилья и находящегося в нем имущества, были вынуждены съехать в съемные жилые помещения, а также взять ипотечные кредиты для приобретения новых квартир.

На основании изложенного, истцы ФИО15 и ФИО16, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просили суд взыскать с ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в пользу ФИО15 в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 1 560 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., в пользу ФИО16 убытки в размере 628 809,38 руб.

Истец ФИО17, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит суд взыскать с ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в свою пользу в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 1 489 966 руб., убытки в размере 246 202,37 руб., компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы.

Истцы ФИО19 и ФИО20, уточнив заявленные требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просили суд взыскать с ЗАО «Управляющая компания «РЗС»:

- в пользу ФИО19 в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 994 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы;

- в пользу ФИО20 в счет возмещения материального ущерба денежные средства в сумме 994 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной суммы.

В судебном заседании истцы ФИО15 и ФИО16, истец ФИО17 и ее представитель ФИО18, истцы ФИО19 и ФИО20 заявленные требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении. Ходатайство истца ФИО17 о возмещении судебных издержек отозвано до момента вступления решения суда в законную силу.

Представители ответчика ЗАО «Управляющая компания «РЗС» ФИО21 и ФИО22 исковые требования ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 не признали в полном объеме, по основаниям, изложенным в письменных отзывах на исковое заявление.

В своих возражениях ответчик указал, что на основании определения суда от *дата скрыта* по делу была назначена судебная комиссионная пожарно-техническая экспертиза, которая проведена экспертами двух независимых организаций АНО «Сибирский центр судебных экспертиз и исследований» и АНО «Иркутское экспертное бюро» ФИО2 и ФИО3, по результатам подготовлено экспертное заключение *номер скрыт* от *дата скрыта*. Согласно выводам указанных экспертов, очаг пожара в многоквартирном доме, расположенном по адресу: *адрес скрыт*, находился на перегородке между тепловым узлом и лестничным маршем на площадку 1 этажа, в районе примыкания перегородки к лестничному маршу, на уровне первой ступени. После выявления места очага пожара, с описанием его характерных признаков, эксперты, в соответствии с общепринятой методикой последовательного исключения версий о потенциальных источниках зажигания, способных вызвать горение в очаге, а также с учетом всех, в том числе, первых показаний свидетелей пожара, включая собственников помещений в МКД *номер скрыт*, определили причину пожара – источник открытого огня. Экспертами детально, с привязкой к месту очага пожара, были описаны пути распространения огня во времени и пространстве. Выводы указанных экспертов носят категоричный характер, эксперты пришли к единому мнению по всем поставленным на разрешение вопросам.

*дата скрыта* было проведено выездное судебное заседание в пострадавшем от пожара доме, с участием экспертов ФИО4, ФИО3, ФИО2 В ходе этого заседания на месте пожара эксперты ФИО3 и ФИО2 поддержали данные ими в заключении выводы, четко указали место, где, по их убеждению, находился очаг пожара, а также указали пути распространения огня. Их устные пояснения полностью подтвердили выводы, изложенные в заключении экспертов от *дата скрыта*. Указанный экспертами очаг пожара находился на расстоянии 2,5 м от стены, на которой было расположено электрооборудование. Таким образом, система электроснабжения в МКД не могла явиться причиной пожара. В тоже время, эксперт ФИО4, проводивший первоначальную пожарно-техническую экспертизу (заключение *номер скрыт*), в ходе выездного судебного заседания, при даче пояснений о месте нахождения очага пожара, давал противоречивые пояснения и не смог показать, в какой именно верхней части стены теплоузла, смежной с помещением тамбура, находился очаг пожара. В последующем, эксперт ФИО4 вовсе поменял свое мнение о месте очага пожара, указав на нижнюю часть стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура.

Определением суда от *дата скрыта* по ходатайству стороны истца ФИО17 по делу была назначена повторная судебная пожарно-техническая экспертиза, проведение которой суд поручил экспертам ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Омской области». По результатам повторной судебной экспертизы экспертами ФИО11 и ФИО12 подготовлено заключение комиссии экспертов *номер скрыт* от *дата скрыта*. Согласно выводам экспертов ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Омской области», очаг пожара находился в помещении теплоузла на нижнем уровне у стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура. Причиной пожара, по мнению экспертов, послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрической сети, либо в результате аварийного режима в лампе накаливания.

Сторона ответчика не согласна с выводами, представленными в заключении от *дата скрыта*, считает их необоснованными, а само заключение – составленным с недостатками, что подтверждается заключением специалиста Научного специализированного центра экспертиз и исследований «Альфа» ФИО5 Так, исследование относительно определения очага пожара было проведено не в полном объеме в соответствии с требованиями п. 1.1 Методологии судебной пожарно-технической экспертизы, в результате чего, ответ на вопросы об очаговых признаках, источнике зажигания и направленности распространения горения изложен обобщенно, без четкой привязки к конкретным термическим поражениям, указанным самими экспертами в акте осмотра и заключении. При ответе на вопрос о месте нахождения очага пожара экспертами не были в полном объеме рассмотрены и проверены все возможные версии о месте нахождения очага пожара, не в полном объеме проанализированы основные источники исходной информации о состоянии объекта после пожара, а также не был проведен анализ относительно всех указанных в заключении зон с набольшими термическими поражениями, и признаками направленности распространения горения, при описании термических поражений не указывались линейные размеры зон выгорания, величины деформации. Представлен недостаточно полный анализ возможных причин пожара в связи с тем, что экспертами не были в полном объеме рассмотрены и проверены все возможные версии о месте нахождения очага пожара. Выводы в заключении экспертов от *дата скрыта* не обоснованы расчетными методами, не в полной мере обоснованы выполнением экспериментальных исследований, в том числе, теми, которые применяются при исследовании электротехнических объектов – металлография, оптическая и электронная микроскопия, элементный анализ, рентгеновская интроскопия.

Заключение первоначальной судебной комиссионной пожарно-технической экспертизы наиболее соответствует требованиям ст.ст. 4, 8 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности», так как экспертами ФИО3 и ФИО2 проведен более полный анализ основных источников исходной информации о состоянии объекта непосредственно после пожара, или в не очень отдаленное время, а именно: анализ протоколов осмотра места происшествия и показаний свидетелей, полученных дознавателем непосредственно в день пожара, а также имеющихся фотоматериалов, полученных в первые дни и месяцы после пожара, и является более полным и обоснованным.

На основании заключения межведомственной комиссии *номер скрыт* от *дата скрыта*, многоквартирный дом по адресу: *адрес скрыт*, был признан непригодным для постоянного проживания по причине повреждений, возникших в результате пожара, без учета технического состояния конструктивных элементов и инженерных коммуникаций здания. После получения заключения межведомственной комиссии собственники помещений МКД оставили дом без присмотра; с *дата скрыта* на основании решений собственников было приостановлено предоставление коммунальных услуг, предоставляемых как для индивидуальных нужд потребителей, так и для целей содержания общего имущества, а также об исключении с *дата скрыта* платы за содержание и ремонт общего имущества. Согласно актам обследования квартир МКД *номер скрыт* от *дата скрыта*, составленным ЗАО «Управляющая компания «РЗС», значительных повреждений, не позволяющих проведение восстановительных работ в жилых помещениях, обнаружено не было. Для возобновления проживания в МКД требовалась обработка и расчистка всех поверхностей, с последующим ремонтом лестничной клетки (восстановлением конструкций лестничных маршей и частично площадок, заменой входных и тамбурных дверей, обшивкой стен, потолков, побелкой, покраской), восстановлением системы электроснабжения в местах общего пользования. Однако от устного предложения ответчика провести ремонт МКД или включения МКД в программу по переселению граждан из ветхого и аварийного жилья, собственники категорически отказались и оставили дом без всякого надзора. В *дата скрыта* г., в целях оказать содействие по переносу сроков капремонта МКД или включению дома в программу по переселению, ответчик, по устному согласованию с собственниками, обратился в специализированную организацию ООО «Иркутинвест», которой было проведено визуальное обследование конструкций МКД *номер скрыт* и представлен отчет. Согласно отчету ООО «Иркутинвест», учитывая настоящее техническое состояние строительных конструкций и их узлов, в частности, с точки зрения сейсмостойкого строительства, эксплуатация жилого дома является небезопасной. Повреждения основных несущих конструкций, возникшие в процессе длительной эксплуатации жилого дома, свидетельствуют об активной деградации объекта. Произошедший в здании пожар в конце *дата скрыта* года усугубил состояние деревянных конструкций в зоне активного огневого воздействия. Фактические затраты на капитальный ремонт дома, с учетом скрытых дефектов и повреждений, превышают затраты на возведение аналогичного объекта в новоделе. Учитывая этот факт, а также длительный срок эксплуатации и фактическое техническое состояние здания, целесообразно рассматривать вопрос о полном его демонтаже с последующим возведением нового, оснащенного необходимыми инженерными системами и оборудованием.

Таким образом, согласно отчету ООО «Иркутинвест» состояние МКД *номер скрыт* являлось аварийным и до произошедшего пожара. Кроме того, собственники проявили бездействие в сохранении своего имущества как до пожара, не предприняв действий по установке запирающих устройств и ограничению доступа посторонних лиц к общему имуществу (в подъезд), так и после пожара, надеясь на быстрое решение вопроса по переселению в другое жилье.

В случае удовлетворения судом требований соистцов к ЗАО «Управляющая компания «РЗС», при отсутствии его вины в аварийном состоянии многоквартирного дома, и сохранения за истцами права собственности на квартиры в доме, признанном аварийным и подлежащим сносу, возникает возможность повторного получения истцами компенсации в виде финансовой поддержки на переселение граждан из аварийного жилищного фонда за счет федеральных средств.

Истцами не доказано наличие каких-либо недостатков при оказании ЗАО «Управляющая компания «РЗС» услуг по управлению МКД *номер скрыт*, в т.ч. по содержанию общего имущества, в частности, системы электроснабжения, способствовавших возникновению пожара. В ходе проведения проверки изначально ни один житель в своих объяснениях не указывал на ненадлежащее состояние электропроводки и на сбои в работе электрооборудования, а также на обращение в управляющую компанию по данному поводу. Однако после вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, при повторных опросах в *дата скрыта* г. собственники изменили показания, став описывать сбои в работе электрооборудования, которые могут возникать при аварийном режиме БПС. В актах от *дата скрыта*, составленных ЗАО «Управляющая компания «РЗС» по просьбе собственников, зафиксировано состояние жилых помещений, в том числе, отсутствие повреждений внутриквартирной проводки.

ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в материалы дела представлены доказательства надлежащего оказания услуг: копии наряд-заданий, копии актов выполненных работ, копия договора с ООО «<данные изъяты>» на оказание услуг по технической эксплуатации, текущему обслуживанию и текущему ремонту внутридомовых инженерных систем электроснабжения, справка о выполненных работах по содержанию и ремонту внутридомовых инженерных систем электроснабжения в МКД *номер скрыт* и заверенные документы о проведении ремонтных работ в 2020 г., заверенная копия выписки их журнала заявок собственников МКД *номер скрыт* в течение года, предшествующего пожару, и др. При проведении текущего ремонта системы электроснабжения МКД *номер скрыт* была произведена частичная замена элементов системы электроснабжения: замена вводов с изолятора до вводного рубильника, демонтаж старого и монтаж нового вводного рубильника, частичная замена кабельных и проводных линий в местах общего пользования с затягиванием их в металлотрубу и гофрорукава, монтаж освещения в теплоузле.

Истцы требуют от ЗАО «Управляющая компания «РЗС» возмещения полной стоимости квартир, как уничтоженных пожаром, что не соответствует действительности. Фактически квартиры МКД *номер скрыт* не были уничтожены в результате пожара, произошедшего *дата скрыта*, а были лишь частично повреждены в различной степени, в т.ч. в результате тушения пожара, и могли быть восстановлены при достаточной степени заботливости и осмотрительности собственников. Частично были уничтожены огнем лишь отдельные конструктивные элементы лестничной клетки, перегородка теплоузла, повреждены тамбурные двери и т.д. Что касается квартир истцов: пострадали входные двери в квартиры, в некоторых помещениях внутри квартир имелись подтеки, деформация отделки потолка, загрязнение саже и прочее, а некоторые помещения практически не пострадали, электропроводка во всех квартирах не имела видимых повреждений. Наиболее выраженные термические повреждения получила только *адрес скрыт*, однако, они могут быть устранены. В связи с чем, взыскание с ответчика полной стоимости жилых помещений неправомерно, поскольку квартиры истцов не были полностью уничтожены огнем, а лишь частично повреждены, и в дальнейшем пострадали в связи с нежеланием истцов предпринимать меры по восстановлению своего имущества.

Размер заявленных истцами компенсаций морального вреда, по мнению ответчика, является явно завышенным.

Представитель третьего лица администрации Шелеховского городского поселения ФИО23 полагал исковые требования, уточненные в порядке ст. 39 ГПК РФ, обоснованными и подлежащими удовлетворению. Дополнительно пояснил, что достоверно установлено, что очаг пожара находится в тепловом узле, который входит в состав общего имущества многоквартирного дома, т.е. в зоне ответственности управляющей компании. Просил обратить внимание, что ЗАО «Управляющая компания «РЗС» не соблюдались требования о противопожарном режиме (вместе с "Правилами противопожарного режима в Российской Федерации"), регламентированные Постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 N390: не производилась огнезащитная обработка (пропитка) конструкций МКД *номер скрыт*. Кроме того, пояснил, что Постановлением и.о. главы города Шелехова от *дата скрыта* *номер скрыт*па многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: *адрес скрыт* признан аварийным и подлежащим сносу. Постановлениями администрации Шелеховского городского поселения от *дата скрыта* *номер скрыт*па, от *дата скрыта* *номер скрыт*па, постановление от *дата скрыта* *номер скрыт*па дополнено новым пунктом, согласно которому установлен срок отселения физических лиц до *дата скрыта*, а также установлен срок для сноса дома – до *дата скрыта*. Многоквартирный *номер скрыт* не включен ни в региональную программу Иркутской области по переселению граждан из аварийного жилищного фонда, ни в муниципальную программу Шелеховского городского поселения. В настоящее время утверждена муниципальная программа «Переселение граждан, проживающих на территории города Шелехова, из аварийного жилищного фонда, признанного таковым до 1 января 2017 года, в 2019-2025 годах», в рамках которой на снос МКД и переселение из аварийного жилья предоставляются бюджетные средства в качестве софинансирования из федерального и областного бюджетов в рамках подпрограммы «Обеспечение устойчивого сокращения непригодного для проживания жилищного фонда во взаимодействии с государственной корпорацией – Фондом содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства» на 2019-2024 гг. МКД *номер скрыт* был признан аварийным в 2020 году и не может быть включен в муниципальную и региональную программы, поскольку в них включается жилье, признанное аварийным до 01.01.2017. После пожара *дата скрыта* жильцам, в том числе истцам, были предложены жилые помещения в виде комнат, находящихся в реестре муниципальной собственности и относящихся к маневренному фонду, однако, они отказались от временного проживания в указанных жилых помещениях. Муниципалитет города Шелехова в связи с финансовой необеспеченностью в результате предельного бюджета не имеет возможности решить вопрос о переселении граждан и сносе аварийного жилого дома самостоятельно.

Выслушав объяснения явившихся лиц, исследовав письменные материалы гражданского дела, отказной материал ОНД и ПР по Шелеховскому району *номер скрыт*, оценив представленные доказательства в совокупности и каждое в отдельности по правилам, установленным ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Как следует из положений абзаца 3 статьи 34, статьи 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", граждане имеют право на возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как указано в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг (далее - обеспечение готовности инженерных систем). Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами.

Надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей, и должно обеспечивать безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества (пункт 2 части 1.1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В силу части 2 статьи 162 Жилищного кодекса Российской Федерации управляющая организация обязана оказывать услуги и выполнять работы по надлежащему содержанию и ремонту общего имущества многоквартирного дома, предоставлять коммунальные услуги собственникам помещений.

Как указано в части 2.3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством Российской Федерации правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, за обеспечение готовности инженерных систем.

Состав общего имущества собственников помещений многоквартирного дома указан в части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Частью 3 статьи 39 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правила содержания общего имущества в многоквартирном доме устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. N 491 (далее - Правила N 491).

Согласно подпункту "а" пункта 2 Правил N 491 в состав общего имущества включаются: помещения в многоквартирном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного жилого и (или) нежилого помещения в этом многоквартирном доме (далее - помещения общего пользования), в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, колясочные, чердаки, технические этажи (включая построенные за счет средств собственников помещений встроенные гаражи и площадки для автомобильного транспорта, мастерские, технические чердаки) и технические подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, мусороприемные камеры, мусоропроводы, иное обслуживающее более одного жилого и (или) нежилого помещения в многоквартирном доме оборудование (включая котельные, бойлерные, элеваторные узлы и другое инженерное оборудование).

Содержание общего имущества в зависимости от состава, конструктивных особенностей, степени физического износа и технического состояния общего имущества, а также в зависимости от геодезических и природно-климатических условий расположения многоквартирного дома включает в себя меры пожарной безопасности в соответствии с законодательством Российской Федерации о пожарной безопасности (подпункт "е" пункта 11 Правил N 491).

Пунктом 3.2.15 Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных постановлением Госстроя Российской Федерации от 27 сентября 2003 г. N170 (далее - Правила N 170), предусмотрено, что использование лестничных клеток, а также площадок под первым маршем лестницы для размещения мастерских, кладовых и других целей не допускается. Под маршем лестниц в первом и цокольном этажах допускается устройство только помещений для узлов управления центрального отопления, водомерных узлов и электрощитков, ограждаемых несгораемыми перегородками.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Конституционный Суд Российской Федерации в ряде своих решений, в частности в постановлениях от 25 января 2001 г. N 1-П и от 15 июля 2009 г. N 13-П, обращаясь к вопросам возмещения причиненного вреда, изложил правовую позицию, согласно которой обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также вину; наличие вины.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с преамбулой Закона о защите прав потребителей данный закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

Исходя из положений указанного выше закона граждане, являющиеся собственниками помещений в многоквартирном доме, относятся к потребителям услуг, оказываемых управляющей организацией (исполнителем) по возмездному договору управления многоквартирным домом, в связи с чем, на данные правоотношения распространяется Закон о защите прав потребителей.

Из материалов дела судом установлено, что истцы являются собственниками жилых помещений, расположенных в двухэтажном восьмиквартирном доме по адресу: *адрес скрыт*: ФИО15 – *адрес скрыт* (с *дата скрыта*), ФИО17 – *адрес скрыт* (с *дата скрыта*), ФИО19 и ФИО20– *адрес скрыт* (по <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности – с *дата скрыта*), что подтверждается выписками из ЕГРН, копиями свидетельств о государственной регистрации права собственности.

С 2006 года управление многоквартирным домом (МКД) по адресу: *адрес скрыт* на основании договора управления от *дата скрыта*, осуществляло ЗАО «Управляющая компания «РЗС».

Из обстоятельств дела следует, что *дата скрыта* в строении многоквартирного дома, расположенного по адресу: *адрес скрыт* произошел пожар, в результате которого огнем повреждено строение многоквартирного дома, истцам ФИО15, ФИО17, ФИО19 и ФИО20, как собственникам квартир в указанном жилом доме, причинен значительный имущественный ущерб.

Согласно справкам главного государственного инспектора Шелеховского района по пожарному надзору ФИО6 от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, *дата скрыта* в строении многоквартирного дома, расположенного по адресу: *адрес скрыт*, произошел пожар, в результате которого огнем повреждено строение многоквартирного дома, подъезд, входная дверь *адрес скрыт*, закопчены помещения.

Как следует из обстоятельств дела, после произошедшего пожара назначенная постановлением администрации Шелеховского городского поселения от *дата скрыта* *номер скрыт*-па межведомственная комиссия обследовала многоквартирный дом, расположенный по адресу: *адрес скрыт* инженерные системы здания, оборудование, механизмы и прилегающие к зданию территории. По результатам обследования был составлен акт *номер скрыт* обследования помещения от *дата скрыта*.

Из акта *номер скрыт* от *дата скрыта* следует, что при визуальном осмотре объекта после пожара обнаружены:

- повреждения несущих конструкций деревянных стен жилого дома с прогоранием конструкций при прямом воздействии огня в квартирах *номер скрыт*, *номер скрыт* и *номер скрыт* и на лестничной клетке. Наблюдается глубокое выгорание несущего бруса на площади 12 кв.м., глубина прогорания местами до 80 мм; уменьшение сечения бруса более чем в 2 раза; местами локальные сквозные прогары;

- глубокое прогорание в местах прохождения электрической проводки в квартирах *номер скрыт* и *номер скрыт*;

- зафиксированы участки с обугленностью поверхности наружной стены на лестничной клетке;

- нарушена целостность и несущая способность лестничного марша (сильное повреждение огнем);

- входные деревянные двери, тамбур полностью повреждены огнем;

- в результате тушения пожара водой залиты пол, стены, потолок квартир №*номер скрыт*, *номер скрыт* лестничная клетка, чердачное перекрытие, фундамент. В результате обледенения ограждающих конструкций жилого дома, насыщенных водой после тушения пожара, возникла деформация деревянных ограждающих конструкций. Пришел в негодность утеплитель чердачного перекрытия. После пожара выгорела вся проводка в местах общего пользования (на лестничной клетке 1-го и 2-го этажей), а также в квартирах; необходима полная замена. Водоснабжение нарушено, отключено после пожара. Теплоснабжение централизованное, в рабочем состоянии; нарушена теплоизоляция теплового узла; сразу после пожара теплоизоляция восстановлена для предотвращения промерзания системы отопления.

В акте осмотра межведомственной комиссией указано, что в результате анализа зафиксированных повреждений и деформаций обследованных несущих и ограждающих конструкций жилого дома, дальнейшая эксплуатация является не возможной; категория технического состояния обследованного жилого дома характеризуется как недопустимое состояние – категория технического состояния строительной конструкции или здания и сооружения в целом характеризуется снижением несущей способности и эксплуатационных характеристик, при которых существует опасность пребывания людей и сохранности оборудования.

Согласно заключению межведомственной комиссии *номер скрыт* от *дата скрыта*, по результатам обследования выявлены основания для признания брусчатого двухэтажного восьмиквартирного жилого дома по адресу: *адрес скрыт* непригодным для постоянного проживания граждан.

Кроме того, для выявления дефектов и повреждений несущих конструкций здания было проведено визуальное обследование МКД *номер скрыт* специалистами МБУ «Архитектура и Градостроительство». По результатам обследования вынесено заключение о состоянии объекта капитального строительства от *дата скрыта* *номер скрыт*, согласно которому дальнейшая эксплуатация дома является невозможной, категория технического состояния обследованного строения (жилого дома), характеризуется как недопустимое состояние – категория технического состояния строительной конструкции или здания и сооружения в целом, характеризующаяся снижением несущей способности и эксплуатационных характеристик, при котором существует опасность для пребывания людей и сохранности оборудования.

Постановлением и.о. главы *адрес скрыт* от *дата скрыта* *номер скрыт*па «О дальнейшем использовании помещения на основании заключения межведомственной комиссии» многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: *адрес скрыт*, признан аварийным и подлежащим сносу.

Постановлениями и.о. главы *адрес скрыт* от *дата скрыта* *номер скрыт*па, от *дата скрыта* *номер скрыт*па, постановление администрации Шелеховского городского поселения от *дата скрыта* *номер скрыт*па дополнено новыми пунктами, согласно которым установлен срок отселения физических лиц до *дата скрыта*, срок для сноса дома – до *дата скрыта*.

В ходе судебного разбирательства установлено, что по факту пожара, произошедшего *дата скрыта* в многоквартирном доме *номер скрыт*, расположенном в *адрес скрыт*, дознавателем ОНД и ПР по Шелеховскому району лейтенантом внутренней службы ФИО8 была проведена проверка. При проверке на месте пожара *дата скрыта* проведен осмотр места происшествия, о чем составлен протокол с фототаблицей, опрошены собственники квартир, представители ЗАО «Управляющая компания «РЗС», мастер ООО ПК «ШЭТМ», жители соседних домов, проведено две экспертизы экспертами ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области» ФИО4, ФИО10 и ФИО7, опрошены эксперты.

Из анализа собранных в ходе проверки данных следовало, что к совершению преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ (неосторожное уничтожение огнем), могли быть причастны двое несовершеннолетних мальчиков (10-12 лет), однако, указанные лица установлены не были. Более того, по заключению экспертов наиболее вероятной причиной пожара послужило тепловое проявление электрического тока, при протекании аварийного режима электрооборудования (БПС), что не связано с действиями неустановленных несовершеннолетних лиц.

*дата скрыта* дознавателем ФИО8 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту совершения преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ (неосторожное уничтожение имущества), на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. Данное постановление не обжаловалось, вступило в законную силу.

Дознаватель ОНД и ПР по Шелеховскому району лейтенантом внутренней службы ФИО8 был допрошен судом в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля и пояснил, что очаг пожара и причины пожара были установлены им на основании заключений экспертов ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области».

Так, в ходе проведения проверки по факту пожара, на основании постановления дознавателя ОНД и ПР по Шелеховскому району ФИО8 о назначении пожарно-технической экспертизы от *дата скрыта* экспертами сектора судебных экспертиз ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области» ФИО10 и ФИО4 проведена пожарно-техническая судебная экспертиза, по результатам которой выдано заключение экспертов *номер скрыт* от *дата скрыта*, из которого следует, что очаг пожара расположен в помещении теплоузла, а именно: в верхней части стены, смежной с помещением тамбура. Причиной возникновения данного пожара послужило тепловое проявление электрического тока, при протекании одного из аварийных режимов работы электрооборудования (БПС, КЗ).

При проведении проверки, по заявлению представителя ЗАО «Управляющая компания «РЗС», к отказному материалу *номер скрыт* было приобщено заключение специалиста ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа» ФИО9 *номер скрыт* от *дата скрыта*, составленное по заказу управляющей организации. По результатам пожарно-технического исследования, проведенного специалистом ФИО9, определено, что очаг пожара в МКД *номер скрыт* располагался у перегородки между тепловым узлом и подъездом, в районе примыкания указанной перегородки к лестничному маршу; причиной возникновения пожара послужило воздействие на сгораемые материалы тлеющего табачного изделия либо источника зажигания в виде открытого пламени.

На основании постановления дознавателя ФИО8 о назначении повторной пожарно-технической экспертизы от *дата скрыта* экспертом – старшим инженером сектора ИиИР в области пожарной безопасности ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области» ФИО7 проведена повторная пожарно-техническая судебная экспертиза, по результатам которой выдано заключение экспертов *номер скрыт* от *дата скрыта* о том, что очаг пожара определяется во внутреннем объеме помещения теплоузла, в верхней части стены, смежной с помещением тамбура. Наиболее вероятной причиной возникновения данного пожара послужило тепловое проявление электрического тока, при протекании аварийного режима работы электрооборудования (БПС).

Допрошенный в ходе судебного разбирательства эксперт ФИО7 подтвердил выводы своего заключения, указав, что на место пожара не выезжал, руководствовался имеющимися письменными материалами, в частности, актом осмотра, оценку заключению специалиста ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа» ФИО9 *номер скрыт* от *дата скрыта* не давал, поскольку это не входит в его компетенцию.

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика ЗАО «Управляющая компания «РЗС», оспорив выводы заключений пожарно-технической экспертизы ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области», заявила ходатайство о проведении по делу судебной комиссионной пожарно-технической экспертизы.

В этой связи, для установления обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения настоящего дела, определением суда от *дата скрыта* по делу была назначена комиссионная судебная пожарно-техническая экспертиза, проведение которой суд поручил предложенным стороной ответчика: эксперту АНО «Иркутское экспертное бюро» ФИО3 и эксперту АНО «СибЭкспИ» ФИО2, поставив перед ними вопросы: определить очаг пожара; установить причину пожара; определить пути распространения огня от очага пожара, произошедшего *дата скрыта* в строении многоквартирного дома по адресу: *адрес скрыт*

По результатам проведенной экспертизы ФИО3 и ФИО2 в материалы дела представлено заключение экспертов *номер скрыт*, содержащее выводы по поставленным судом вопросам. Оба эксперта пришли к однозначным выводам, что очаг пожара в жилом доме, расположенном по адресу: *адрес скрыт* находился на перегородке между тепловым узлом и лестничным маршем на площадку первого этажа, в районе примыкания указанной перегородки к лестничному маршу, на уровне первой ступени. Эксперты установили, что причиной пожара являлся источник открытого огня. Из очага пожара горение распространялось внутрь теплового узла и по перегородке на незащищенные элементы лестничных маршей и в тамбур подъезда через открытые двери. Далее, горение через щели на стыках площадки между первым – вторым этажом и тамбуром, а также пролетом лестничного марша на второй этаж и листами гипсокартона распространилось в пустоты между стенами лестничной площадки и навесными листами гипсокартона. Через стыки крепления деревянных конструкций лестничного марша горение распространилось в квартиры *номер скрыт* и *номер скрыт*. Далее огонь не распространялся ввиду начавшегося тушения пожара.

На страницах 10-11 заключения экспертов ФИО3 и ФИО2 *номер скрыт* указано, что в ходе динамического осмотра, экспертами не обнаружена нижняя балка каркаса перегородки, отделяющей тепловой узел от лестничной клетки, зафиксированная в заключении специалиста ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа» ФИО9 *номер скрыт*. В тоже время, балки обрешетки были обнаружены (иллюстрации 18, 19). При этом, обугливание ближней балки и потеря сечения наблюдается как со стороны стены, отделяющей тамбур от помещения теплового узла, так и с противоположной стороны, совпадающей в горизонтальной проекции с началом лестничного марша, и стоящей от перегородки вглубь помещения теплового узла. На первых ступенях лестничного марша наблюдается обугливание, со стороны теплового узла, при этом более интенсивно, как по глубине, так и по ширине оно выражено на первой ступени (иллюстрации 20, 21). На иллюстрациях 11, 12 имеется изображение фрагмента перил. При сравнении с фотографиями, сделанными при предыдущих осмотрах, эксперты предположили, что данный фрагмент является перилами первого лестничного пролета. На всех фотографиях видно, что отсутствует нижний столб перил. Термические повреждения балясин наиболее сильно выражены в нижней части, примыкающей к тепловому узлу. … Наиболее часто место возникновения очага пожара расположено в самой нижней точке распространения огня. Очаговый конус является наиболее характерным признаком очага пожара, так как в нем отражена степень повреждений, указывающих на нижнюю точку. Очаговый конус выражен в том, что повреждения материалов и конструкций, расположенных выше очага пожара имеют большие линейные размеры, чем в самом очаге. В данном случае, нижней точкой зоны распространения огня является перегородка между тепловым узлом и лестничным маршем на площадку первого этажа в районе примыкания указанной перегородки к лестничному маршу, на уровне первой ступени. На это указывают: повреждения первой ступени, характер повреждения конструктивных элементов перил первого лестничного пролета, зафиксированный в заключении специалиста ФИО9 *номер скрыт*, повреждения балки перегородки, отделяющей тепловой узел от помещения подъезда. Признаки очагового конуса в данном случае выражены очень локально, вокруг сохранившихся конструкций. Поскольку перегородка уничтожена в результате пожара или в ходе тушения, следы очагового конуса на ней установить не представилось возможным. Таким образом, проведенным исследованием установлено, что очаг пожара находился на перегородке между тепловым узлом и лестничным маршем на площадку первого этажа в районе примыкания указанной перегородки к лестничному маршу, на уровне первой ступени.

Специалист ООО «Байкальский центр судебных экспертиз и графоанализа» ФИО9, составивший по заказу ответчика заключение *номер скрыт* от *дата скрыта*, был также допрошен в ходе судебного разбирательства. ФИО9 пояснил, что <данные изъяты> года проводил осмотр места пожара по адресу: *адрес скрыт*, производил фотофиксацию. На момент осмотра обстановка сильно не изменилась: разбор, крушение конструкций не наблюдалось. Специалист произвел разбор пожарного мусора, где обнаружил балку, к которой крепилась уничтоженная огнем перегородка между тепловым узлом и подъездом. Фрагменты перегородки были на месте в виде древесного угля. Обнаруженная балка имела сечение от 5 см до 7 см. Данная балка в районе двери, ведущей в подъезд, сохранила свою геометрическую форму (прямоугольную) и по мере продвижения в сторону лестничного марша теряла сечение, и на участке 50-70 см была полностью уничтожена. Это свидетельствует, что в данном районе деревянная конструкция испытывала наибольшее термическое воздействие. ФИО9 признак локального мощного термического воздействия зафиксирован в районе, где обнаруженная балка примыкала к лестничному маршу, по мере удаления от данного участка движения вверх к лестничному маршу по конструкциям теплового узла было видно, что термическое воздействие приобретает настоящий характер, т.е. классическая картина очагового конуса. На перегородке, отделяющей тепловой узел от тамбура имелись щелевые прогары между брусьями, но данные прогары находились гораздо выше от той зоны, где ФИО9 установлен очаг пожара. ФИО9 исключил из версий причин пожара технические источники зажигания, поскольку в районе очага пожара они отсутствовали.

В связи с наличием в материалах дела трех заключений экспертов: ФИО4 и ФИО10 (ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области») *номер скрыт* от *дата скрыта*, ФИО7 (ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области») *номер скрыт* от *дата скрыта*, ФИО3 и ФИО2 (АНО «Иркутское экспертное бюро» и АНО «СибЭкспИ»), давших подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, с противоречащими друг другу выводами: установивших различные очаги пожара и пути распространения огня, различные причины пожара, произошедшего *дата скрыта* в строении многоквартирного дома по адресу: *адрес скрыт*, судом было инициировано проведение выездного судебного заседания на месте пожара с участием экспертов: ФИО4, ФИО3 и ФИО2

*дата скрыта*, в ходе выездного судебного заседания на месте пожара по адресу: *адрес скрыт*, эксперты ФИО3 и ФИО2 поддержали данные ими выводы в полном объеме, указали на место, где, по их убеждению, находится очаг пожара, а также указали пути распространения огня. Данные ими устные объяснения не противоречили выводам, изложенным в заключении *номер скрыт*.

Эксперт ФИО4, который в рамках доследственной проверки проводил первоначальную пожарно-техническую судебную экспертизу, по результатам которой составлено заключение *номер скрыт* от *дата скрыта* с выводами о том, что очаг пожара расположен в помещении теплоузла, а именно: в верхней части стены, смежной с помещением тамбура, в ходе выездного судебного заседания на месте пожара давал противоречивые объяснения. Изначально ФИО4 поддержал данные им в заключении вывод об установлении очага пожара в помещении теплоузла, а именно на стене, смежной с помещением тамбура, но не смог показать в каком именно месте из-за отсутствия на перегородке гипсокартона, который к ней изначально крепился. Однако в последующем, после дачи пояснений экспертами ФИО3 и ФИО2, при повторной просьбе суда показать очаг пожара эксперт ФИО4 указал на нижнюю часть стены, смежной с помещением тамбура, тогда как в своем заключении *номер скрыт* от *дата скрыта* указал иной участок очага пожара – верхнюю часть этой стены. Как пояснил эксперт ФИО4, под силой тяжести горящие предметы (это могла быть нить накаливания) падали вниз, где и происходило дальнейшее горение. Огонь под воздействием конвективных потоков распространялся снизу вверх, в том числе, под гипсокартоном на перегородке, что доказывает ее равномерное обугливание. Брус, проложенный под трубой перпендикулярно к перегородке, отделяющей тепловой узел от тамбура, показывает направленность горения от перегородки в сторону лестничного марша, где наблюдается монотонное уменьшение горения поверхности бруса, а также полностью выгоревший верхний объем теплового узла над установленным ФИО4 очагом пожара. Как пояснил ФИО4, при проведении осмотра он не обследовал пол, в частности: пол в помещении теплового узла, поскольку все было залито водой, которая замерзла к моменту осмотра; балка, на которую ссылаются судебные эксперты, не была им обнаружена.

Таким образом, в ходе выездного судебного заседания *дата скрыта* на месте пожара при даче объяснений эксперт ФИО4 фактически изменил выводы ранее данного им заключения от *дата скрыта*, указал на иной очаг пожара, имеющий иные признаки, чем те, на которые ссылался в своем заключении.

При установленных обстоятельствах, в связи с возникшими противоречиями между заключениями экспертов ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области» *номер скрыт* от *дата скрыта*, *номер скрыт* от *дата скрыта* и заключением судебной комиссионной судебной пожарно-технической экспертизы *номер скрыт*, составленным экспертом АНО «Иркутское экспертное бюро» ФИО3 и экспертом АНО «СибЭкспИ» ФИО2, а также выявленными противоречиями в объяснениях эксперта ФИО4 и составленном им заключении по результатам пожарно-технической экспертизы *номер скрыт* от *дата скрыта*, определением суда от *дата скрыта* по делу была назначена повторная комиссионная судебная пожарно-техническая экспертиза, проведение которой суд поручил экспертам государственного учреждения: ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Омской области», возложив на них обязанность провести осмотр места пожара.

По результатам проведения повторной комиссионной судебной пожарно-технической экспертизы в материалы дела представлено заключение экспертов ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Омской области» ФИО11 и ФИО12 *номер скрыт* от *дата скрыта*. При ответе на поставленные судом вопросы эксперты пришли к следующим выводам:

- очаг пожара находится в помещении теплоузла на нижнем уровне стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура;

- причиной пожара послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрической сети, либо в результате аварийного режима в лампе накаливания;

- Учитывая наличие в зоне очага пожара достаточного количества строительных и отделочных материалов в виде гипсокартона, деревянных досок, можно сказать, что в результате постепенного вовлечения воздуха в зону первоначального горения процесс химической реакции окисления, с учетом общефизических закономерностей возникновения и развития пожара, происходил от нижнего уровня (место очага пожара) по горючим материалам, вовлекаемым в процесс развития пожара, преимущественно, посредством конвективных потоков и теплопередачи распространялся по вертикали вверх, о чем наглядно свидетельствуют тепловые поражения на конструкциях стены и примыкающих ограждающих элементах, обращенных к ней. Далее, с момента начала и по истечении определенного интервала времени с увеличением размеров пламени в объеме теплоузла усилилась тепловая радиация, которая в свою очередь оказала существенное влияние на стены и вышерасположенные конструкции лестничного марша и клетки, способствуя развитию пожара.

Проанализировав протоколы осмотра места происшествия, составленные дознавателем ФИО8, эксперты ФИО11 и ФИО12 констатировали, что в них отсутствует подробное описание тепловых поражений, сформировавшихся на конструкциях и материалах, а также предметной обстановке внутри. Протоколы осмотра места происшествия составлены достаточно сжато, локально выраженные термические повреждения конструкций и материалов тщательно рассмотрены и выявлены не были. В связи с чем, по результатам выезда на место пожара *дата скрыта* экспертами был составлен акт осмотра в присутствии представителей управляющей компании и истцов.

При осмотре места пожара эксперты установили, что зона с наибольшими термическими повреждениями достаточно локальна и сосредоточена в помещении теплоузла на нижнем уровне у стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура, на что указывают значительные термические повреждения конструкций и горючих материалов, а именно:

- стена, разделяющая помещение тамбура с теплоузлом, имеет следы интенсивного обугливания в нижней части, где глубина обугливания достигает 20 мм, и далее по мере продвижения к верхней части на уровне около 0,5 метра глубина обугливания составляет от 5 до 13 мм. Общая степень термического повреждения данной стены постепенно увеличивается от верхнего уровня к нижней части (фото *номер скрыт*);

- на расстоянии около 70 см от дверного проема в теплоузел расположен деревянный брус, лежащий на напольном покрытии (фото *номер скрыт*). Данный брус имеет размеры 185х17х10, брус обуглен в верхней части с постепенным уменьшением сечения по мере продвижения к стене тамбура, при этом, форма обугливания в виде «заостренного карандаша». На данном брусе закреплена деревянная рейка со стороны квартиры *номер скрыт*. Рейка имеет следы полного выгорания со стороны стены тамбура на расстоянии около 70 см, далее наблюдается фрагментарное сохранение рейки со следами обугливания (фото *номер скрыт*) (страница 10 заключения).

На странице 12 заключения *номер скрыт* от *дата скрыта* эксперты отметили, что еще одним характерным признаком, указывающим на место первоначального горения, является признак направленности распространения горения (последовательно затухающие поражения при удалении от места очага пожара и более значительные разрушения со стороны, обращенной к очагу пожара). В данном случае признаки направленности выражены в виде:

- обрешетка (деревянные обшивочные доски) лестничного марша со стороны теплоузла отсутствуют на расстоянии около 1,1 метра от стены, разделяющей тамбур, далее обнаружены фрагментарные деревянные элементы (обрешетка) со следами обугливания и потери сечения (фото *номер скрыт*), по мере продвижения к нижней части степень обугливания уменьшается до поверхностного, при этом, конструктивная способность досок сохранена (фото *номер скрыт*);

- деревянный косоур, размерами 17х7 см, имеет следы термического поражения в виде обугливания, которое постепенно увеличивается к верхней части, т.е. к стене, разделяющей помещение теплоузла и тамбура;

- на деревянных ступенях лестничного марша имеют следы обугливания со стороны помещения теплового узла, по мере продвижения к нижней части лестничного марша степень обугливания уменьшается, вплоть до полного сохранения изначального размера (фото *номер скрыт*);

- на деревянной стене, разделяющей квартиру *номер скрыт* от помещения лестничного марша, сформировались тепловые поражения в виде обугливания, при этом деревянные бруски обрешетки отсутствуют на расстоянии около 1,4 метра от стены тамбура, на остальной площади, со стороны нижней части лестничного марша фрагментарно сохранили свою целостность (фото *номер скрыт*);

- на деревянном брусе стены также имеются следы интенсивного обугливания со стороны стены тамбура, где глубина обугливания достигает 20 мм (фото *номер скрыт*);

- с правой стороны от первого бруса закреплен фрагмент бруса длиной около 40 см (закреплен перпендикулярно). Данный фрагмент имеет полое интенсивное прогорание со стороны стены тамбура, где глубина обугливания ориентировочно составляет около 6 см (фото *номер скрыт*), при этом со стороны нижней части лестничного марша следы обугливания отсутствуют и лишь начинаются по мере продвижения к стене *адрес скрыт*;

- в нижней части под лестничным маршем расположен косоур, деревянные обшивочные доски подлестничного пространства со стороны ступеней, ведущих лестничной площадке первого этажа, частично отсутствуют (фото *номер скрыт*, обозначено красным пунктиром). Ближе к стене квартиры *номер скрыт* аналогичные доски сохранили свою целостность, имеют лишь следы поверхностно обугливания (фото *номер скрыт*, обозначено синим пунктиром);

- деревянные ступени лестничного марша, ведущего на лестничную площадку первого этажа, имеют следы поверхностного обугливания первых двух ступеней ближе к деревянному косоуру. При продвижении к стене квартиры *номер скрыт* термические повреждения отсутствуют.

При синтезе термических поражений внутри теплоузла, установлено, что более интенсивно термической деструкции и разрушению строительные и отделочные материалы обращены к стене тамбура, а именно нижней ее части и уже далее по мере удаления в различные стороны, термические поражения уменьшаются и носят последовательно затухающий характер поражения, вплоть до полного сохранения своего структурного вида.

Таким образом, исходя из объективных данных, выявлено ряд признаков, возникающих при развитии пожара и помогающих установить место (зону) первоначального (основного) возникновения горения. В конкретно рассматриваемом случае, это сосредоточение наиболее обгоревших испепеленных предметов и глубоких разрушений конструктивных элементов. Этот признак особенно характерен в условиях недостаточного газообмена, когда горение в очаге пожара, возникшее раньше, чем на прилегающих участках, вызывает наибольшее и четко выраженные обугливание и глубину выгорания материалов именно в месте своего возникновения. Проанализировав характер термических поражений после пожара на объекте, установлено, что экстремально высокие термические поражения в конкретно рассматриваемом случае сформировались на достаточно ограниченной по размеру зоне, а именно: в помещении теплоузла на нижнем уровне стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура.

Эксперты ФИО11 и ФИО12 пришли к убеждению, что экстремально высокие термические поражения, сформировавшиеся на нижнем уровне у стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура, когда горение происходило в пределах ограниченного участка, привело к образованию ярко выраженных очаговых признаков: локальные прогорания деревянного бруса, обугливание бруса стены, выгорание отделочных материалов и т.д.

При ответе на вопрос о причине пожара, произошедшего *дата скрыта*, эксперты ФИО11 и ФИО12 исследовали ряд возможных версий и дали им подробную оценку с учетом положения установленного места возникновения пожара и особенностей его развития; особенностей обстановки, предшествующей пожару и сложившейся на момент ее возникновения; по специфическим проявления источников зажигания; по времени возникновения пожара (страницы *номер скрыт* заключения).

Экспертами не было установлено оснований для выдвижения версии открытого огня, следовательно, версия загорания горючих материалов в результате теплового проявления открытого пламени является несостоятельной. При анализе материалов гражданского дела, отказного материала и результатов личного осмотра места пожара, экспертами ФИО11 и ФИО12 не было выявлено ни одного обстоятельства (ни объективного, ни субъективного) для отработки версии о причастности тлеющего табачного изделия к возникновению пожара, в связи с чем, версия загорания горючих материалов в результате теплового проявления источника зажигания малой мощности в виде тлеющего табачного изделия была признана несостоятельной. При этом, несмотря на фактическую возможность привнесения тлеющего табачного изделия в помещение теплоузла в связи с открытым в него доступом и возможным наличием материалов, склонных к самоподдерживающему тлеющему горению в очаге пожара, данная версия является лишь домыслом и рассуждениями.

Эксперты ФИО11 и ФИО12 подробно описали основные и косвенные признаки поджога, соотнеся их с обстоятельствами, установленными материалами дела и в отказном материале, а также и при осмотре места пожара. Не установив как основных, так и косвенных признаков поджога, эксперты признали несостоятельной версию загорания горючих материалов в результате искусственного инициирования горения.

Исходя из установленного места расположения очага пожара, учитывая, что непосредственно над этим местом находилось электрооборудование, а именно: электрический клавишный выключатель и осветительная лампа накаливания, вкрученная в резьбовой патрон без плафона, в связи с отсутствием объективных и достоверных сведений, способных сориентировать на выдвижение иных версий о причинах пожара, эксперты выдвинули и рассмотрели единственную вероятную версию о причине пожара загорания горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийном пожароопасном режиме работы электрической сети, либо в результате аварийного режима в лампе накаливания.

Из заключения следует, что аварийный пожароопасный режим электротехнического оборудования – режим работы, при котором нарушается соответствие номинальных параметров или нормальных условий эксплуатации электротехнического изделия, и создаются условия для возникновения загорания. К аварийным пожароопасным режимам относятся: короткое замыкание (КЗ), большое переходное сопротивление (БПС), перегрузка и др. (страница 23 заключения)

Как указано в заключении, версия причастности к пожару электротехнических приборов, электропроводок и устройств рассматривается, если в очаге пожара имелось электрооборудование, а электросеть находилась под напряжением. Это связано с тем, что электрооборудование, как правило, представляет реальную пожарную опасность. В материалах дела, а именно: на схеме расположения элементов системы электроснабжения дома *номер скрыт*, расположенного в *адрес скрыт* (л.д. 129, том *номер скрыт* отказного материала), схематично изображено место расположения основного электрооборудования в подъезде. Так, на схеме указано, что в помещении теплового узла на стене, разделяющей его с помещением тамбура, в левом ближнем от входа углу располагались выключатель и светильник. Таким образом, место расположения вышеуказанного электрооборудования пространственно совпадает с местом установленной очаговой зоны. Факт нахождения электрооборудования над очагом пожара также подтверждается объективным источником информации, а именно: протоколом осмотра места происшествия (л.д. 4-5, том *номер скрыт* отказного материала), в котором отмечено обнаружение среди пожарного мусора фрагмента резьбового патрона для осветительной лампочки. Точной информации о включенном освещении в помещении теплового узла накануне пожара не имеется, однако, в объяснении гр. ФИО13 (л.д. 157, том *номер скрыт* отказного материала) отмечено, «...Временами в тепловом узле наблюдался включенный свет...» (орфография и пунктуация оригинала сохранены). Таким образом, накануне пожара освещение в помещении теплового узла могло находиться во включенном состоянии. В том случае, если освещение находилось в выключенном состоянии, часть электрической сети все равно находилось под напряжением, а именно: электрический провод, ведущий от электрической распределительной коробки до выключателя, который также находился над очагом пожара. Эксперты заключили, что над местом установленного очага пожара находилось электрооборудование под напряжением, что является потенциально опасным источником зажигания, тепловой энергии, которого будет достаточно для загорания большинства горючих материалов. B случае возникновения короткого замыкания токоведущих жил между собой, происходит воспламенение или оплавление изоляции в результате воздействия электрической дуги, с дальнейшим воспламенением расположенных в непосредственной близости сгораемых материалов, характеризующееся быстрым возникновением пламенного горения и распространения пожара по вертикальным и горизонтальным плоскостям помещения примерно с одинаковой скоростью. Во многих случаях короткое замыкание может быть вызвано как непосредственной потерей изолирующих свойств изоляционных материалов, так и может быть вызвано другими аварийными режимами (в том числе большими переходными сопротивлениями). Возможно, произошло оплавление изоляции провода в результате БПС, произошло КЗ, и попадание горящих его остатков на горючую поверхность, также возможно разрушение провода в результате КЗ и попадание остатков на горючую поверхность, вследствие чего в дальнейшем мог произойти пожар. Проанализировав объяснения собственников квартир, эксперты заключили, что они не противоречат друг другу, в них указанно, что электропроводка в подъезде многоквартирного жилого дома была ветхая, не менялась на протяжении долгих лет, в ее работе часто происходили перебои. Эксперты пришли к единому мнению, что на объекте пожара имелся высокий риск возникновения аварийного режима работы электрооборудования.

При осмотре объекта пожара в месте установленного очага пожара электрооборудования с визуальными следами аварийного режима работы обнаружено не было, также как и вообще каких-либо электротехнических объектов, за исключением керамического патрона для осветительной лампочки. Поскольку пламенное горение происходило достаточно интенсивно и получило развившуюся форму, эксперты пришли к убеждению, что фрагменты электрооборудования, непосредственно причастные к возникновению пожара, могли быть уничтожены в результате термического воздействия или же внесены за пределы зоны горения в ходе тушения пожара. В этой связи, установить, какой именно пожароопасный аварийный электрический режим работы мог послужить причиной возникновения пожара, не представилось возможным, также как и не представилось возможным определить, на каком именно участке электрической цепи и в какой именно зоне возник пожароопасный аварийный электрический режим.

На странице 27 заключения экспертами ФИО11 и ФИО12 смоделировано возникновение данного пожара. В результате аварийного пожароопасного режима работы электрооборудования, находящегося в помещении теплового узла на стене, разделяющей его с тамбуром, могло произойти расплавление алюминиевых токопроводящих жил и образование разлетающихся в разные стороны частиц (капель) расплавленного металла. Горящие алюминиевые частицы, образующиеся при коротком замыкании проводов, значительно опаснее медных частиц. Расплавленная частица алюминия обладает достаточным потенциалом для загорания большинства горючих материалов. Далее под воздействием естественной силы тяжести и за счет гравитационной силы, капли расплавленного металла падали на напольное покрытие теплового узла в непосредственной близости с перегородкой, то есть в место установленного очага пожара, где при контакте горящих частиц металла с горючими материалами произошло их загорание.

Поскольку при производстве исследования не представилось возможным достоверно установить какой именно аварийный режим работы и какого электротехнического оборудования привел к пожару, эксперты пришли к убеждению, что развитие пожара могло происходить еще по одному из распространенных сценариев, а именно: при возникновении пожароопасного аварийного режима в лампе накаливания. Наиболее распространенный аварийный режим в лампе накаливания, приводящий к пожару – образование дуги между никелевыми электродами в момент перегорания нити накаливания. Чаще это происходит при перенапряжении в сети, но может случиться и при нормальномнапряжении. Горит дуга до 10-15 секунд. Колба лампы разрушается, брызгистекла и металла могут попасть на сгораемые материалы с соответствующимипоследствиями. Возможность возникновения дугового разряда в лампе, с однойстороны, связана с качеством ее изготовления, а с другой – с качествомпитающего напряжения (наличием перенапряжений). Радиус разлета никелевыхчастиц достигает 2,65 метра, а при взрыве колбы - до 3,2 метра. При этом, радиус зоны разлета практически не зависит от мощности лампы. Размер капель металла при коротком замыкании электропроводки и плавлении нити накаливания электроламп достигает 3 мм, а их температура - 1500-2200 °С. ФИО24 исключают, что накануне пожара могли сложиться благоприятные условия длязагорания горючих материалов в результате пожароопасного аварийногорежима работы лампы накаливания. Далее распространение и развитие пожарапроисходило по ранее описанному сценарию.

Эксперты ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по *адрес скрыт*» ФИО11 и ФИО12 были допрошены судом в ходе судебного заседания *дата скрыта* посредством использования системы видеоконференцсвязи.

Эксперты в полном объеме поддержали свои выводы, содержащиеся в заключении *номер скрыт*, отвечая на вопросы суда и сторон дополнительно пояснили, что ими был осуществлен осмотр места происшествия, наглядно схематически нарисован объект, поскольку представленные материалы не позволяли достоверно установить место очага пожара. Путем личного осмотра экспертами было более тщательно проанализировано само место, конструктивные особенности теплоузла. Эксперты пришли к единогласному и утвердительному выводу, что очаг пожара находился в помещении теплоузла на нижнем уровне у стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура. Более точное установление места очага пожара, в сантиметрах, невозможно, поскольку термические поражения достаточно объемные. На фото *номер скрыт* заключения видно, что по мере удаления по брусу в сторону косоура, т.е. в противоположную сторону от очага пожара, степень термических повреждений значительно уменьшается – это признак, указывающий на распространение горения из очага, т.е. из зоны максимальных термических поражений, которые были установлены при осмотре. Также был проведен сравнительный анализ степени поражений всех конструктивных элементов в тамбуре, который четко выявил, что экстремально высокие термические повреждения формировались слева от входа в тамбур и уже по мере удаления в сторону противоположной части наблюдается визуально сохранение данных элементов. Если бы горение произошло в противоположной стороне, то деревянные рейки, деревянный брус, расположенные на полу, а также лестничный марш, который в дальней части, он был бы просто уничтожен, исходя из физических закономерностей развития горения. Но в ходе осмотра такого выявлено не было. Часть рейки за трубой, которая изображена на фото *номер скрыт*, частично сохранилась, поскольку переугливания, в принципе, всех элементов не произошло, это не дает оснований утверждать об обратном - об изменении вывода о месте очага пожара. В остальной части обугленный участок отсутствует, а по мере удаления он, вообще, сохранился в сторону лестничного марша. Что касается обугленного бруса в форме «заостренного карандаша», то, возможно, на данном брусе был небольшой спил, но тем менее, те поражения, которые сформировались на этом брусе, на соседнем брусе, а также на стене дают основания утверждать, что там было наиболее интенсивное тепловое воздействие. Согласно методологии, необходимо найти самый низший уровень при определении очага пожара. Эксперты установили очаг пожара на нижнем уровне со стены, разделяющей тамбур и помещение теплоузла. Естественно, в ходе пожара происходило распространение горения по вертикали вверх. Безусловно, конструкции на марше вверху уничтожились. Если предположить, что горение началось в противоположной стороне, т.е. там, где нижняя часть косоура, то сохранившиеся деревянные доски со стороны марша были бы полностью уничтожены огнем. Однако на момент осмотра они не только сохранились, но и, по мере удаления к стене, не потеряли свой структурный вид. Пламя распространяется радиально, но учитывая конвекцию, оно распространяется с потоками уходящего воздуха вверх. В любом случае горизонтальные и вертикальные доски марша, расположенные в нижней части, были бы уничтожены или претерпели бы более сильные поражения, но этого не произошло. Образование полого интенсивного прогорания бруса (фото *номер скрыт* заключения) вызвано не только сгоранием самой балки, оно явилось следствием резвившегося горения со стороны установленного очага пожара. По убеждению экспертов, данное прогорание расположено перпендикулярно, и следы обугливания и переугливания направлены в сторону установленного очага пожара. Из этого следует, что горение распространялось от стены к косоуру. Указанное перпендикулярное прогорание расположено от стены на расстоянии более 1 метра. Заключения иных экспертов, проводивших экспертизы по спорному жилому дому экспертами ФИО11 и ФИО12 также анализировались. Некоторые фотографии, выборочно включенные в состав экспертизы ФИО9, вызвали сомнения, в связи с чем, не были включены в повторную судебную экспертизу. На одной из фотографий, сделанных ФИО9, изображен отдельный участок балки со стороны косоура, однако, на CD-диске имеется фотография этой же балки, где отражены аналогические термические повреждения, но уже со стороны теплового узла. На других фотографиях видно, что данная балка была смещена в сторону лестничного марша на первый этаж, поскольку имеются следы волочения. Кроме того, на этих фотографиях видно, что вдоль перегородки, разделяющей помещение теплоузла и тамбура, был брус, который максимально переуглен со стороны очага пожара, установленного ФИО11 и ФИО12 В связи с чем, эксперты при установлении очага пожара не стали в заключении отображать сведения и основываться на локальных термических повреждениях бруска. В рамках проведенной повторной судебной экспертизы эксперты не оценивали умозаключения других экспертов. Вместе с тем, пояснили, что специалистом ФИО9 был выбран только один участок – возле косоура, а остальные термические повреждения, расположенные в противоположной стороне, были полностью проигнорированы. ФИО9, согласно п. 2.1 Методологии, должен был произвести реконструкцию развития горения из предполагаемого очага во времени и пространстве, однако, этого не сделал. Это две большие ошибки, которые не дают основания опираться на его выводы. В момент осмотра экспертами ФИО11 и ФИО12 был произведен метод пенетрации, основанный на сравнительном анализе деревянных конструкций и измерении глубины обугливания. Данный метод ранее экспертами и органами дознания не был применен. Эксперты при осмотре измеряли и записывали данные по глубине обугливания деревянных конструктивных элементов и уже далее, в ходе комплексного заключения их срезов, был произведен сравнительный анализ, с помощью которого установили место очага пожара. Выгорания бруса и нижнего косоура может быть признаком развившегося горения. Термические повреждения сформировались на всей площади не только теплового узла, но и лестничного марша. Горение было на всей этой площади. Загореться на полу у стены, отделяющей тамбур от теплового узла, мог бытовой мусор, конструктивные деревянные конструкции (рейка), прокладка межу брусьями (лен, пакля), поскольку тепловой узел не запирался. Горение не может быть без окислителя, источника зажигания и горючего материала – это пожарный треугольник. Пожар случился, все эти три компонента, необходимые для возникновения пожара, присутствовали. Температура электрической дуги, к которой приведет источник зажигания электрической природой от 5000°С, при такой температуре все, что угодно, может загореться. Огонь зарождается на конкретном участке, локально, по мере вовлечения кислорода; может произойти самозатухание, если отсутствует приток кислорода. Но в данном случае, случай не герметичности помещения, происходила какая-то доля попадания кислорода, далее по мере прогорания конструктивных элементов произошло вовлечение кислорода в большем объеме и, как факт, распространение его на остальную площадь пожара. Конкретного критерия по количеству материала, его объему для аккумуляции тепла не имеется, однако, важно учитывать, что данный материал должен иметь кучность, клуб. Кроме того, для «окурочных» пожаров, безусловно, характерен определенный индукционный период, связанный с протеканием процесса тления около 45 минут и выделения дыма, чего не было обнаружено, исходя из объяснений опрошенных. Инициатором горения могут выступать и иные материалы, но их остатки не были обнаружены в ходе осмотра места пожара. Существует версионный метод, исходя из Методики, определяется сначала очаг пожара, далее выявляется источник. В данном случае потенциальным опасным источником выступал источник электрической природы, который находился в зоне наибольшего термического повреждения (проводка, лампа накаливания). Те аварийные режимы, которые, вероятно, возникли накануне пожара, послужили его причиной, в связи с чем, экспертами и была взята за основу эта версия, при этом, были обоснованно исключены иные версии. Электропроводка экспертами не исследовалась, поскольку жилы были алюминиевые, и во время пожара они уничтожились.

Заключение экспертизы оценивается судом по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, в их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами, а также с точки зрения соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствие заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Проанализировав содержание имеющихся в материалах дела заключений экспертов ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области» ФИО4 и ФИО10 *номер скрыт* от *дата скрыта*, эксперта ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Иркутской области» ФИО7 *номер скрыт* от *дата скрыта*, экспертов первоначальной судебной комиссионной судебной пожарно-технической экспертизы АНО «Иркутское экспертное бюро» ФИО3 и АНО «СибЭкспИ» ФИО2 *номер скрыт*, а также экспертов повторной судебной комиссионной судебной пожарно-технической экспертизы ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Омской области» ФИО11 и ФИО12 *номер скрыт* от *дата скрыта*, принимая во внимание объяснения допрошенных в ходе судебного разбирательства экспертов ФИО4, ФИО7, ФИО3, ФИО2, ФИО11 и ФИО12, данных ими, в том числе, в ходе выездного судебного заседания на месте пожара, суд приходит к обоснованному выводу о том, что только заключение повторной судебной комиссионной судебной пожарно-технической экспертизы ФГБУ «СЭУ ФПС «ИПЛ по Омской области» ФИО11 и ФИО12 *номер скрыт* от *дата скрыта* в полном объеме отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ.

Указанное заключение содержит подробное, детальное и последовательное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в их распоряжении документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованную при проведении исследования научную и методическую литературу.

Указанное заключение составлено компетентными специалистами государственного экспертного учреждения, обладающими специальными познаниями, имеющими соответствующие квалификации и опыт экспертной работы, что подтверждается имеющимися в материалах дела документами. Эксперты ознакомлены с правами и обязанностями, предусмотренными ст. 85 ГПК РФ, предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что подтверждается расписками.

Проанализировав заключение повторной судебной комиссионной пожарно-технической экспертизы, учитывая разъяснения, данные экспертами ФИО11 и ФИО12 в ходе судебного заседания, проведенного с использованием системы видеоконференцсвязи, суд приходит к выводу, что оно в полной мере отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют. Доказательств, объективно опровергающих заключение повторной судебной экспертизы, суду не представлено.

При этом, представленное стороной ответчика заключение специалиста ЧУ НСЦЭИ «Альфа» ФИО5 на заключение комиссии экспертов *номер скрыт* от *дата скрыта* не служит опровержением выводов экспертизы, поскольку является лишь мнением лица, не привлеченного в качестве специалиста к участию в деле.

Анализируя установленные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и каждое по отдельности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд находит установленным, что очаговая зона пожара, произошедшего *дата скрыта* в строении многоквартирного дома по адресу: *адрес скрыт*, находится в помещении теплоузла на нижнем уровне стены, разделяющей помещение теплоузла и тамбура, а причиной пожара послужило загорание горючих материалов в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрической сети, либо в результате аварийного режима в лампе накаливания.

В соответствии с пунктом 5 статьи 14 Закона "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Из разъяснений, изложенных в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от *дата скрыта* N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1. пункт 6 статьи 28 закона "О защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

ЗАО «Управляющая компания РЗС», возражая против доводов истцов о ненадлежащем оказании услуг по содержанию системы электроснабжения в многоквартирном *адрес скрыт*, представило в материалы дела: акты выполненных работ от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, от 13/*дата скрыта* (ремонт освещения на лестничных клетках до ТП и тамбура; замена вводов рубильника; монтаж вводного рубильника; проведение планово-предупредительного ремонта системы освещения в подъезде, выполнение планово-предупредительного ремонта ЭРЩ, рубильника, ремонта освещения в подъездах); копии наряд-заданий от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, от *дата скрыта*, от *дата скрыта* (замена патрона на 2 этаже лестничной клетки; замена патрона и лампы накаливания на 2 этаже лестничной клетки; замена ламп накаливания в подъезде); копию журнала заявок собственников и пользователей помещений МКД, расположенных на территории 1, 7, 11, 18 кварталов (заявки от жителей МКД *номер скрыт* о ненадлежащей работе системы электроснабжения не поступали); копию технического отчета по наладке и испытаниям электрооборудования и электросетей, подготовленного электротехнической лабораторией ООО «Свет», о проведении *дата скрыта* измерения сопротивления изоляций кабельных линий в МКД *номер скрыт* (измерение сопротивления должно проводиться не реже 1 раза в 3 года).

Между тем, выполнение ответчиком периодических работ по содержанию системы электроснабжения в многоквартирном доме *номер скрыт* расположенном в *адрес скрыт*, и установленные по делу обстоятельства, в частности, фактические обстоятельства пожара, начавшего свое распространение в помещении общего имущества многоквартирного дома *номер скрыт* в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрической сети, либо в результате аварийного режима в лампе накаливания, не исключает вины управляющей организации. Приходя к такому выводу, суд учитывает пояснения экспертов ФИО3, ФИО2 и ФИО7 о том, что аварийный режим работы электрической сети мог возникнуть и в новой проводке, так как он зависит не только от состоянии проводки, но и от качества ее монтажа, а также иных причин (удара, излома). При этом, управляющей организацией не был ограничен доступ посторонних лиц помещение теплоузла.

Таким образом, ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представило суду бесспорных доказательств отсутствия своей вины в причинении истцам материального ущерба. Фактические обстоятельства пожара, произошедшего *дата скрыта* в строении многоквартирного дома по адресу: *адрес скрыт*, начавшего свое распространение в помещении общего имущества многоквартирного дома (теплоузла) в результате теплового проявления электрического тока при аварийном режиме работы электрической сети, либо в результате аварийного режима в лампе накаливания, свидетельствует о нарушении управляющей организацией Правил содержания общего имущества многоквартирного дома: ненадлежащем исполнении обязанности по обеспечению исправности электрооборудования в многоквартирном *адрес скрыт*, что находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причиненного имущественного вреда соистцам.

Принимая во внимание, что очаговая зона пожара находится под лестничным маршем, ведущим на второй этаж, в помещении теплоузла, а данное помещение является общим имуществом многоквартирного дома и находится в зоне ответственности управляющей организации, суд приходит к обоснованному выводу о наличии законных оснований для возложения гражданско-правовой ответственности за ущерб, причиненный истцам, на ЗАО «Управляющая компания РЗС».

Как следует из обстоятельств дела, в результате пожара принадлежащие истцам квартиры *номер скрыт* (ФИО19, ФИО20), *номер скрыт* (ФИО15) и *номер скрыт* (ФИО17), расположенные в многоквартирном жилом доме по адресу: *адрес скрыт*, не были полностью уничтожены огнем: в значительной степени пострадала *адрес скрыт* *номер скрыт* были закопчены и залиты водой. Вместе с тем, основные конструкции многоквартирного дома получили значительные повреждения, что исключило возможность дальнейшего постоянного проживания в нем граждан.

Постановлением и.о. главы города Шелехова от *дата скрыта* *номер скрыт*па «О дальнейшем использовании помещения на основании заключения межведомственной комиссии», Постановлениями и.о. главы города Шелехова от *дата скрыта* *номер скрыт*па, от *дата скрыта* *номер скрыт*па, многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: *адрес скрыт*, признан аварийным и подлежащим сносу. В ходе обследования многоквартирного дома межведомственная комиссия зафиксировала повреждения и деформации несущих ограждающих конструкций жилого дома в результате пожара, заключив, что дальнейшая эксплуатация жилого дома является невозможной. Категория технического состояния обследованного жилого дома определена как «недопустимое состояние» – категория технического состояния строительной конструкции или здания и сооружения в целом характеризуется снижением несущей способности и эксплуатационных характеристик, при которых существует опасность пребывания людей и сохранности оборудования.

В *дата скрыта* г. ЗАО «Управляющая компания «РЗС» обратилась в ООО «Предприятие Иркут-Инвест» для составления отчета о техническом состоянии строительных конструкций многоквартирного жилого дома по адресу: *адрес скрыт*

По результатам сплошного визуального обследования (осмотра) строительных конструкций многоквартирного жилого дома *номер скрыт* ООО «Предприятие Иркут-Инвест» составлен отчет, из которого следует, что фактическое техническое состояние основных строительных конструкций здания классифицируется как: фундаменты – ограниченно работоспособные; стены и перегородки – ограниченно работоспособное – аварийное; междуэтажное и чердачное покрытие – аварийное; полы – ограниченно работоспособное – аварийное; лестница – аварийное; стропильная система – аварийное; кровельное покрытие – ограниченно работоспособное. Учитывая техническое состояние строительных конструкций и их узлов, в частности с точки зрения сейсмостойкого строительства, эксплуатация жилого дома является небезопасной. Повреждения основных несущих конструкций, возникшие в процессе длительной эксплуатации дома, свидетельствуют об активной деградации объекта. Произошедший в здании пожар в конце января 2020 года в значительной степени усугубил состояние деревянных конструкций в зоне активного огневого воздействия. Фактические затраты на капитальный ремонт здания, с учетом скрытых дефектов и повреждений, превышают затраты на возведение аналогичного объекта в новоделе. Учитывая этот факт, а также длительный срок эксплуатации и фактическое техническое состояние здания, целесообразно рассматривать вопрос о полном его демонтаже с последующим возведением нового, оснащенного необходимыми инженерными системами и оборудованием.

Анализируя установленные обстоятельства в совокупности с представленными доказательствам, руководствуясь положениями ст.ст 15, 1064 ГК РФ, суд приходит к обоснованному выводу, что с целью восстановления нарушенных имущественных прав истцов, причиненный им материальный ущерб подлежит возмещению в виде рыночной стоимости принадлежащих им жилых помещений, пострадавших в результате пожара, произошедшего *дата скрыта* в строении многоквартирного дома по адресу: *адрес скрыт* определенной на дату пожара, с учетом физического износа помещений.

По убеждению суда, именно такой способ защиты нарушенных прав собственников является наиболее разумным и рациональным, с учетом установленных по делу обстоятельств, в частичности, невозможности проведения ввиду экономической нецелесообразности ремонтно-восстановительных работ многоквартирного дома.

При этом, суд исходит из того обстоятельства, что именно последствия пожара, произошедшего *дата скрыта*, находятся в прямой причинно-следственной связи с признанием многоквартирного дома непригодным для постоянного проживания согласно заключению межведомственной комиссии от *дата скрыта*, в частности, ввиду воздействия огня на основные несущие конструкции дома. До пожара многоквартирный жилой дом *номер скрыт* межведомственной комиссией не обследовался, соответствующего заключения о его аварийности и необходимости сноса комиссией не давалось, а потому судом отклоняются доводы стороны ответчика о том, что признание помещений в многоквартирном доме непригодными для проживания явилось следствием его технического состояния многоквартирного в течение длительной эксплуатации (дом 1958 года постройки).

При определении размера ущерба, суд принимает результаты заключения эксперта ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России ФИО14 *номер скрыт* от *дата скрыта* и не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, экспертное заключение содержит сведения о специальности и стаже работы эксперта, мотивированные и полные выводы по поставленным вопросам со ссылкой на источники получения необходимой информации. Экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона N73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательства, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют. Представленное экспертное заключение является относимым и допустимым доказательством, в связи, с чем принимается судом.

Согласно заключению эксперта ФБУ Иркутская ЛСЭ Минюста России ФИО14 *номер скрыт* от *дата скрыта*, рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: *адрес скрыт* принадлежащей на праве собственности ФИО19 и ФИО20, по состоянию на *дата скрыта* (дату пожара), с учетом физического износа жилого помещения на указанную дату, составляет 1 461 042 руб.; квартиры *номер скрыт* принадлежащей ФИО15 – 1 533 493 руб.; квартиры *номер скрыт* принадлежащей ФИО17 – 1 489 966 руб.

Данное заключение сторонами не оспорено, допустимых и достоверных доказательств иного размера причиненного истцам ущерба суду не представлено.

Таким образом, с ответчика ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в пользу ФИО15 подлежит взысканию причиненный в результате пожара материальный ущерб в сумме 1 533 493 руб., в пользу ФИО17 - в сумме 1 489 966 руб., в пользу ФИО19 и ФИО20 – в сумме 1 461 042 руб., по 730 521 руб. в пользу каждого участника общей долевой собственности (1 461 042 руб. / 2).

Отклоняя возражения стороны ответчика о возможности защиты нарушенных прав истцов в рамках государственной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда Иркутской области», суд приходит к обоснованному выводу, что выбранный истцами ФИО15, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 способ защиты является надлежащим, соотносится с правом истца самостоятельно определить наиболее эффективный способ защиты права из предусмотренных законодательством способов, ограниченных пределами срока исковой давности (ст.ст. 196, 200 ГК РФ).

Вместе с этим, суд дает оценку тому обстоятельству, что до подачи настоящих исков ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 обращались в Шелеховский городской суд Иркутской области с исками к администрации Шелеховского городского поселения о предоставлении жилых помещений по договорам социального найма вне очереди. Решениями Шелеховского городского суда Иркутской области от *дата скрыта* по гражданскому делу №2-1163/2020 (истцы: ФИО15, ФИО17), от *дата скрыта* по гражданскому делу №2-1243/2020 (истец ФИО17), от *дата скрыта* по гражданскому делу №2-1446/2020 (истцы: ФИО19 и ФИО20), вступившими в законную силу после рассмотрения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении исковых требований отказано.

В ходе судебного разбирательства представитель третьего лица администрации Шелеховского городского поселения ФИО23 пояснил суду, что многоквартирный *номер скрыт*, расположенный в *адрес скрыт*, не включен ни в региональную программу Иркутской области по переселению граждан из аварийного жилищного фонда, ни в муниципальную программу Шелеховского городского поселения. В настоящее время утверждена муниципальная программа «Переселение граждан, проживающих на территории города Шелехова, из аварийного жилищного фонда, признанного таковым до 1 января 2017 года, в 2019-2025 годах», в рамках которой на снос многоквартирных домов и переселение из аварийного жилья предоставляются бюджетные средства в качестве софинансирования из федерального и областного бюджетов в рамках подпрограммы «Обеспечение устойчивого сокращения непригодного для проживания жилищного фонда во взаимодействии с государственной корпорацией – Фондом содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства» на 2019-2024 гг. Многоквартирный дом *номер скрыт* был признан аварийным в 2020 году и не может быть включен в муниципальную и региональную программы, поскольку в них включается жилье, признанное аварийным до *дата скрыта*. После пожара *дата скрыта* жильцам, в том числе истцам были предложены жилые помещения в виде комнат, находящихся в реестре муниципальной собственности и относящихся к маневренному фонду, однако, они отказались от временного проживания в указанных жилых помещениях. Муниципалитет города Шелехова в связи с финансовой необеспеченностью в результате предельного бюджета не имеет возможности решить вопрос о переселении граждан и сносе аварийного жилого дома самостоятельно.

Таким образом, на момент разрешения настоящего спора на собственников многоквартирного дома *номер скрыт* только возложена обязанность по его сносу в срок до *дата скрыта*, многоквартирный дом не включен в действующую до 2025 года программу «Переселение граждан, проживающих на территории города Шелехова, из аварийного жилищного фонда, признанного таковым до 1 января 2017 года, в 2019-2025 годах», и доводы стороны ответчика о включении многоквартирного дома в следующую программу переселения граждан из аварийного жилищного фонда является лишь предположением, не основанным на объективных данных. Истцы не состоят на учете органа местного самоуправления в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Кроме того, суд дает оценку тому обстоятельству, что по смыслу статьи 195 ГК РФ, судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности. Право лица, подлежащее защите судом, есть субъективное гражданское право, принадлежащее конкретному участнику гражданских правоотношений. Установление срока, ограничивающего защиту такого права в судебном порядке, имеет целью лишить правообладателя по его истечении возможности добиться судебного принуждения к исполнению его требования. В случае пропуска срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца независимо от того, было ли в действительности нарушение его прав, невозможна. С учетом изложенного, предполагаемое положительное решение вопроса о включении многоквартирного жилого дома *номер скрыт*, расположенного в *адрес скрыт*, в программу переселения граждан из аварийного жилищного фонда после 2025 года, может ограничить право истцов на защиту нарушенных прав путем предъявления требований о возмещение ущерба к причинителю вреда.

В ходе судебного разбирательства по данным ЕГРН, представленным Управлением Росрсеестра по Иркутской области, суд установил, что на момент причинения ущерба (*дата скрыта*) истцы ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 не имели в собственности иного жилья, кроме тех квартир, которые пострадали в результате пожара.

Как следует из обстоятельств дела, в связи с непригодностью для проживания пострадавших в результате пожара жилых помещений, истец ФИО16 (супруга собственника квартиры *номер скрыт* ФИО15) и истец ФИО17 (собственник квартиры *номер скрыт*) оформили ипотечные кредитные договоры и приобрели на кредитные денежные средства новые квартиры.

*дата скрыта* ФИО16 заключила с <данные изъяты> кредитный договор *номер скрыт* на сумму <данные изъяты> По состоянию на *дата скрыта* в счет погашения задолженности по кредитному договору ФИО16 выплатила 626 809,38 руб., из которых: <данные изъяты>, что подтверждается справкой банка.

*дата скрыта* истец ФИО17 заключила с <данные изъяты> кредитный договор *номер скрыт* на сумму <данные изъяты>. Стоимость выплаченных ФИО17 процентов по кредиту на приобретение квартиры от *дата скрыта* по состоянию на *дата скрыта* составляет 246 202,37 руб., что подтверждается справкой банка.

Указанные денежные средства, выплаченные истцами в счет погашения задолженности по кредитным договорам, в сумме 626 809,38 руб. (ФИО16) и 246 202,37 руб. (ФИО17) заявлены ко взысканию с ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в качестве убытков.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку отсутствует прямая причинно-следственная связь между несением истцами данных расходов и действиями ответчика по ненадлежащему исполнению обязанности по обеспечению исправности электрооборудования в многоквартирном доме. Судом не установлена тождественность приобретенного истцами жилья жилым помещениям, пострадавшим в результате пожара, при том, что суммы кредита, взятые в 2020 г., явно превышают рыночную стоимость квартир *номер скрыт* и *номер скрыт* в МКД *номер скрыт*, установленную судом по состоянию на *дата скрыта*.

Также суд дает оценку тому обстоятельству, что после пожара всем жильцам многоквартирного *адрес скрыт*, в том числе истцам, администрацией Шелеховского городского поселения для временного проживания были предложены жилые помещения в виде комнат, находящихся в реестре муниципальной собственности и относящихся к маневренному фонду, однако, они отказались от проживания в предложенных жилых помещениях.

Кроме того, суд учитывает, что истец ФИО16, которая понесла заявленные ко взысканию расходы на погашение кредитной задолженности, собственником квартиры *номер скрыт* по данным ЕГРН не является, а правообладателем имущества является ее супруг ФИО15, в пользу которого и взыскан причиненный в результате пожара материальный ущерб. Право собственности на объект недвижимого имущества подтверждается соответствующей записью, содержащейся в Едином государственном реестре недвижимости. Договор управления многоквартирным домом заключается с собственниками расположенных в нем помещений. Следовательно, к потребителям услуг, оказываемых управляющей компанией, относятся собственники помещений в многоквартирном доме. В этой связи, возмещение истцу ФИО16 заявленных ко взысканию убытков в виде размера погашенной задолженности по кредиту является необоснованным и по тому основанию, что она не является собственником пострадавшего в результате пожара жилого помещения.

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков. При решении вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Поскольку в ходе настоящего судебного разбирательства достоверно установлен факт нарушения прав потребителей ФИО15, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 в результате ненадлежащего исполнения управляющей организацией обязанностей по надлежащему содержанию общего имущества в многоквартирном доме, приведших к причинению имущественного ущерба и невозможности проживания лиц в единственном жилье, суд, в силу приведенных выше положений, а также, руководствуясь принципами разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ЗАО «Управляющая компания «РЗС» в пользу истцов ФИО15, ФИО17, ФИО19 и ФИО20 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. в пользу каждого.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду. Необходимым условием для взыскания данного штрафа является не только нарушение изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) права потребителя на добровольное удовлетворение его законных требований, но и присуждение судом денежных сумм потребителю, включая основное требование, убытки, неустойку и компенсацию морального вреда.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства факт необоснованного отказа ответчика в добровольном порядке удовлетворить требования истцов как потребителей достоверно установлен, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований для взыскания в пользу истца штрафа.

С учетом обстоятельств дела, степени вины управляющей компании, принимая во внимание, что ответчиком не заявлено о применении ст. 333 ГК РФ, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ЗАО «Управляющая компания «РЗС» штрафа в следующему размере: в пользу в пользу ФИО15 – 791 746,5 руб. ((1 533 493 руб. + 50 000 руб.) * 50%), в пользу ФИО17 – 769 983 руб. (1 489 966 руб. + 50 000 руб.) * 50%), в пользу ФИО19 - 390 260,5 руб. (730 521 руб. + 50 000 руб.) * 50%), в пользу ФИО20 - 390 260,5 руб. (730 521 руб. + 50 000 руб.) * 50%), находя указанные размеры штрафов разумными, справедливыми, соответствующим степени нарушенного права истцов.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

исковые требования ФИО15 удовлетворить частично.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» в пользу ФИО15 материальный ущерб в размере 1 533 493 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 791 746 руб. 50 коп.

В части требований ФИО15 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о взыскании материального ущерба в размере 26 507 руб., компенсации морального вреда в размере 450 000 руб. – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО16 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о взыскании убытков в размере 628 809 руб. 38 коп. – отказать.

Исковые требования ФИО17 удовлетворить частично.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» в пользу ФИО17 материальный ущерб в размере 1 489 966 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 769 983 руб.

В части требований ФИО17 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о взыскании убытков в размере 246 202 руб. 37 коп., компенсации морального вреда в размере 550 000 руб. – отказать.

Исковые требования ФИО19, ФИО20 удовлетворить частично.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» в пользу ФИО19 материальный ущерб в размере 730 521 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 390 260 руб. 50 коп.

В части требований ФИО19 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о взыскании материального ущерба в размере 263 479 руб., компенсации морального вреда в размере 950 000 руб. – отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» в пользу ФИО20 материальный ущерб в размере 730 521 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 390 260 руб. 50 коп.

В части требований ФИО20 к закрытому акционерному обществу «Управляющая компания «Ремонт зданий и сооружений» о взыскании материального ущерба в размере 263 479 руб., компенсации морального вреда в размере 450 000 руб. – отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления мотивированного текста.

Судья К.Э. Петрович

Мотивированный текст решения суда изготовлен 27 июля 2023 года.